Окрыленного успехом программиста понесло, и он фонтаном изверг из себя целый каскад блестящих идей. В числе прочего Владик заявил, что рейды на поверхность за патронами и провизией будут двух типов - на десять и двадцать пять человек. Потом подумал, и добавил, что следует ввести третий тип рейда, он же эпический, на сорок голов участников. Так же каждый тип рейда будет разделяться по уровню сложности на рейд обычный, рейд героический и рейд эпохальный. Добычу, по мудрому замечанию Владика, следовало строго привязать к типу и сложности рейда. Так, к примеру, рейд на десять человек обычного уровня сложности мог рассчитывать на обретение стрелкового оружия не мощнее автомата и определенного ограниченного количества боеприпасов к нему, а так же не самых вкусных и свежих продуктов питания, не более двух килограмм в одни руки. В то же время удачно завершенный эпический рейд на эпохальном уровне сложности, мог принести своему участнику мощное оружие с большим уроном и до десяти килограмм вкусной и свежей еды.
Набросав в общих чертах концепцию PVE режима, Владик взялся за PVP. Тут же объявил с высокой трибуны, что нужна арена, где будут проходить поединки два на два, три на три и пять на пять, а так же особые зоны PVP, куда каждый сможет попасть, встав в очередь. Очки опыта, полученные в поединках, и опыт, добытый в рейдах, смешивать воедино не следует - это Владик подчеркнул особо. На основании вышесказанного, выдвинул концепцию двух веток талантов, одну для PVE, а вторую только для PVP.
Основной упор, по мнению Владика, следовало сделать исключительно на отыгрыше роли. Знание своего класса и своей специализации - вот в чем залог успеха в любом рейде. Не дело, когда танк слепо гонится за уроном, маг в тряпках лезет поперек танка в пекло, а лекари вообще не знают, зачем их взяли в рейд, и занимаются чем угодно, только не исцелением соратников.
Разветвленное древо навыков, создающее вариативность при прокачке персонажа, было, по мнению Владика, самым необходимым элементом будущей подземной цивилизации. Точно таким же необходимым элементом он счел богатую классовую систему, максимально далекую от избитого примитива: воин, маг, лучник. Много рас, много классов, много способов прокачки - вот в чем залог процветания нового мира.
Не будь Владик так измучен и изнурен, он бы охотно перешел от общих концепций к мелким деталям. Удивительно, но те уже в готовом виде в огромном количестве пребывали в его голове. Кто бы мог подумать, что он окажется таким талантливым в деле планирования жизни общества в условиях зомби-апокалипсиса? Каждый аспект новой жизни уже был продуман им до мелочей, а ведь это он еще и за дело толком не брался. Весь коллектив взирал на него как на великого мудреца, и, что куда важнее, Маша тоже смотрела на него с восхищением, хоть и не понимала половины того, что он спешно вывалил из уст своих на суд общественности.
Все было хорошо. Все. Он обрел пристанище, обрел друзей, обрел будущее, которое собирался создавать с новыми соратниками. Он, наконец, обрел любовь всей своей жизни. И вот он лег спать, счастливым и довольным, и уснул в объятиях возлюбленной. Но мог ли он помыслить, что после столь сладкого отхода ко сну, пробуждение от оного окажется таким невыносимо чудовищным?
- Уж не размножаться ли ты затеял, очкарик? - спросил Цент, с пошлой ухмылкой созерцая длинные стройные ножки подруги Владика. И как только такая девка клюнула на истеричного айтишника? Хотя, на кого ей тут еще клевать-то? Весь контингент, как на подбор, сплошь отпрыски эпохи стабильности.
Владик забился в угол и тихо выл. Его колотило, слезы катились по прыщавым щекам, смешиваясь с кровью из раны, и по всему было видно, что страдальцу до сумасшествия остался один крошечный шажок. Цент решил не перегибать палку. Терзать безумного Владика будет уже не так интересно.
- Ну, что ты разревелся? - ласково спросил он, шагнув к жертве. Владик, видя приближение садиста, издал пронзительный визг и сотворил под собой лужу.
- Перестань, ты его пугаешь, - потребовала Машка, заслоняя беспомощного программиста своим телом.
- А ты кто? - спросил Цент. - Почему с очкариком спишь? Или не знаешь, что он женат?
- У нас ничего такого не было, - зачем-то уточнила Машка, пытаясь в полумраке разглядеть и оценить Цента.
- Это хорошо. Ты же не все знаешь. Владик болен. С виду не скажешь, но здорового потомства от него не будет.
В этот момент явилась одомашненная девица, и нижайше доложила грозному господину, что кушать подано. Цент, вместо благодарности, выдал ей леща за нерасторопность, ибо с бабой требуется строгость, иначе жди беды.
- Вставай, очкарик, пойдем, перекусим, - позвал Владика бывший рэкетир. - Изголодался, поди, в чужих людях? Это тебе не у заботливого Цента под крылышком.
