Озадачив личный состав, Цент, пошатываясь, побрел вниз по мосткам. Хотел глотнуть свежего воздуха, хотя в крепости его почти не осталось, глотнуть пивка, за которым, вот дожил, пришлось идти самому, ну и глотнуть кровушки одного нерасторопного программиста. Последнее мероприятие Цент больше решил не откладывать на будущее. Он долго терпел, долго выжидал, давал Владику шанс за шансом, но чаша терпения не бездонна и нынче она переполнилась. Ведь послал его, как человека, за пивом, все объяснил, честно предупредил о последствиях, и что в итоге? Ни самого нет, ни пива. Цент был не намерен спускать столь демонстративное игнорирование отданного им приказа. Хотелось покарать Владика по законам военного времени, но не просто прибить, а ввергнуть в пучину мук и терзаний. Тут бы отложить на потом, и в спокойной обстановке придумать, а затем и осуществить некую немыслимую кару, но Цент небезосновательно опасался, что до утра ни он сам, ни очкарик могут не дожить. От мысли, что Владик будет умерщвлен кем-нибудь другим, на душе делалось тошно. Нет уж! Только сам, своими заботливыми руками.
На спуск со стены ушло немало времени, поскольку постоянно приходилось пропускать бойцов, то бегущих вверх с боеприпасами, то бегущих вниз за ними. Миновав двор, где тоже суетились люди, Цент подошел к дверям продовольственного склада, и там стал свидетелем странной картины. Алиса, надрываясь, тащила наружу Владика, а тот, вцепившись руками и зубами и дверную раму, не желал покидать склад.
– Владик, идем же! – упрашивала девушка. – Битва уже началась. Мы нужны на стенах.
Программист ничего не ответил, ибо увидел Цента. В тот же миг тело его лишилось сил, и Алиса без труда вытащила программиста наружу.
– Вот, давно бы так, – одобрила она. – Идем, Владик, час настал. Где твоя булава?
Владик растянулся на земле и прикинулся несъедобным. Цент подошел ближе, отстранил в сторону Алису, и придирчиво осмотрел тушку жертвы.
– Где пиво, Владик? – спросил он сурово. – Где оно?
– В складе не было подкопа, – полезла со своей ерундой Алиса. – Владик сказал, что есть еще какое-то место, где возможен подкоп. Надо и его проверить.
– Да, это бы не помешало, – согласился Цент. – Ты иди на стены, а мы с другом Владиком проверим. Если услышишь дикие крики, неистовые вопли, стоны, полные неземной муки, то не обращай внимания – так задумано.
Слыша все это, Владик возрыдал не сдерживаясь. Не было смысла объяснять бездушному извергу, что не он сам был виновником спонтанного пожирания яств, причиной тому явился бес, попутавший оголодавшего программиста. Впрочем, это Цент еще не видел, какой урон нанес одержимый нечистой силой адъютант его персональным кормовым запасам.
– Что вы так долго делали на складе? – забеспокоился Цент.
– С Владиком что-то произошло, – поделилась новостями Алиса. – На него как будто нашло помрачение. Я даже стала опасаться, что он попал под гипнотический контроль некроманта.
– Помрачение? – пробормотал Цент. – Гипнотический контроль? Я тебя не понимаю.
Тут лицо его отразило крайнюю степень тревоги, и Цент опрометью бросился внутрь склада. Прошла томительная секунда, затем оттуда прозвучал крик, полный неподдельного ужаса.
– Нет! – кричал Цент. – Боже! Нет! Тушенка! За что?
Слыша это, Владик завыл и попытался зарыться в землю живьем. Затем, подстегнутый животным ужасом, поднялся на ноги и побежал прочь, гремя доспехами.
– Владик, стой! – взмолилась Алиса, которая вообще перестала что-либо понимать.
– Где он? – взревел Цент, вылетая из склада. – Где?
Алиса не успела ответить, взгляд Цента и без ее содействия нащупал жертву. Владик карабкался вверх на стену, распихивая подтаскивающих патроны бойцов. Один из-за него уронил ящик с минометными минами, и те покатились вниз, весьма неласково ударяясь о железо. То, что ни одна из них при этом не взорвалась, Цент счел добрым знаком. Бог сберег. И всю Цитадель, и Владика. Ну, для чего сберег Владика, было ясно. Не хотел бог, чтобы Владик умер быстро, подорвавшись на мине. Небеса желали ему мук и страданий. И Цент тут же бросился исполнять волю высших сил.
– Стой, иуда! – заорал он на всю крепость, так что обернулись даже стрелки на стенах. – Стой!
Цент не стал врать, что если догонит, то будет хуже, потому что хуже было некуда. Владик перегнул палку, перешел черту, перешагнул грань и вообще попал не по-детски. Озвучивая такие угрозы, что у самого мурашки шли по коже, а встречные бойцы шарахались от него кто куда, Цент устремился в погоню. Очень опасался, что программист, взобравшись на стену, подло спрыгнет с нее назло истязателю. Легкая смерть для Владика слишком дорогой подарок. Цент был не настолько щедр, чтобы осыпать очкарика подобными презентами.
