Не нужно ему было говорить это таким серьезным тоном. Наверное, сказался стресс от сумасшедшего дня, но Алиса звонко и обидно рассмеялась. На них даже остальные пациенты покосились.
– Поверь, об этом я не думала. Можешь оставаться верным Луизе. Только живым, пожалуйста, – понизила голос она.
– Надеешься, что на мое место вернется тот парень? – Маркус все-таки сел и повернулся к ней спиной. «Ерунда» оказалась глубокими следами от когтей, уже покрасневшими и взбухшими.
– Надеюсь, что мы вместе с ним вернемся домой. А ты будешь жить здесь долго и счастливо. – Она поняла, что одной мазью дело не ограничится и нашла взглядом служанку. – Эбби, надо поколдовать, подойди ненадолго, пожалуйста! – позвала она, не желая продолжать тему.
Эбби охать над ранами герцога не стала, только спросила, не хочет ли Маркус сначала ополоснуться, а то ж задохнуться можно от трупной вони! Как только добрая госпожа терпит? А ведь перевяжут, нормально не помыться будет.
Алиса давно заметила, что Эбби была единственной служанкой, кто мог поругать Маркуса, да и с остальными обитателями замка она вела себя весьма вольно. Могла поворчать на повара, выдавшего на ужин листики салата, и окоротить Пэйна, слишком увлекшегося медицинскими практиками. Словно нисколько не боялась за свое место. Вот и Маркус ее послушал и ополоснулся здесь же.
Вдвоем они быстро управились с перевязкой. Эбби соединила магией самые глубокие порезы, но пока Алиса помогала Маркусу надевать рубашку, служанка куда-то исчезла.
– Она тебе благоволит, – задумчиво посмотрев на то место, где Эбби сидела буквально минуту назад, заметил герцог.
– Она считает меня твоей женой и хозяйкой замка, ничего удивительного.
Алиса закрыла сундучок с мазью и бинтами и отставила его на столик. Эбби заберет, как освободится.
– Ты не права. Ей плевать на формальности. Статус, положение в обществе – не то, на что она клюнет. Она никогда не относилась к Луизе и с половиной того внимания, что к тебе, хоть я и просил. Заслужить ее доверие непросто.
– Может, достаточно спасти одного самоуверенного злодея от казни? – не удержалась Алиса, сомневаясь в собственной исключительности, и продолжила под хмурым взглядом Маркуса: – Давно она в замке?
– Сколько себя помню. Она ходила за мной нянечкой, и за годы ничуть не изменилась. Она всегда была рядом… И с моим отцом, и с дедом, насколько я знаю. Старше, наверное, только Себастьян, и то не уверен. – Герцог ловко, одной рукой перевязал ленту на хвосте. Алиса успела спрятать руки за спину – она так привыкла заплетать Марка, что чуть не потянулась к знакомой шевелюре!
– Но Эбби не вампир, – почти уверенно сказала она.
– Нет. Хотя, может, кто-то был в предках, иначе почему не стареет? Я пытался ее расспросить, но она ловко уходит от этой темы. Как-то попеняла, что у женщин неприлично спрашивать возраст. Но одно знаю наверняка – она предана герцогству до кончиков ногтей. Ей и Себастьяну я без раздумий доверю свою собственную жизнь. – Маркус встал, покрутился, примеряясь к повязке – не слишком ли туго, всё ли удобно? – Спасибо.
– Обращайся, – привычно ответила Алиса, потом поняла, в какой ситуации это сказала и добавила: – Хотя лучше не стоит. А вот и Пэйн.
Лекарь как раз вышел из лаборатории с новой партией зелий.
– Милорд, вы пришли за женой?
– Да, хочу ее забрать.
– Не задерживаю. Тут немного осталось, мы с Эбби вдвоем управимся, а госпоже надо отдохнуть. Леди Алисия, мое почтение. Ваша помощь неоценима, – он низко и, как показалось, искренне поклонился.
– Вы тоже берегите себя, Пэйн, – кивнула ему Алиса и покинула лечебницу вслед за герцогом.
***
Добраться до собственных покоев по переполненному замку оказалось не так-то просто. Кто-то из местных благодарил, другие спрашивали, не нужна ли помощь самой герцогской чете – Алиса успела измазать платье в чужой крови, так что вид у нее был под стать раненому супругу. А уж чего только не долетало до ушей, от похвалы до рассказа о минувшей битве.
– …Наша миледи самая лучшая! Видела, как она мне руку перебинтовала? И мазь дала, вот.
– …А рыцари-то хороши – наравне с волками сражались!
– …Я, кстати, со светленьким пойду на свидание вечером. Как отнесла ему лекарство, так и позвала. Хватать надо, пока не увели. Только тсс…
– …и тут его светлость как начал душить гидру за шею!..
На последней фразе Маркус нахмурился и посмотрел на собственные руки. Чтобы задушить гидру, ему пришлось бы постараться.
– Всё такие же болтуны. Ничего не меняется, – проворчал он.
– Но они тебя любят.
– Хотя бы они, – горько усмехнулся Маркус и больше до спальни не сказал ни слова.
В комнате он первым делом подошел к зеркалу.
– Ну, привет, – настороженно поздоровался Марк, касаясь поверхности с другой стороны. – Надеюсь, ты решил встретиться не только, чтобы позлорадствовать?
– Из-за тебя нас чуть не сожрали! – рявкнул на него герцог.
– Я знал, что ты не позволишь этому случиться, – развел руками Марк и даже приподнялся на цыпочки, будто старался заглянуть за зеркало. – Алиска, прости, иначе нельзя было. Он тебе ничего не сделал?
– Пока только пугает, какой он злодей.
