При строительстве двух новых кораблей учли прошлые ошибки. Уже и медные гвозди в дело пошли, резко увеличив бюджет. Тут корабли на деревянных нагелях всегда собирали, и в гвоздях нужды не было. А теперь нагрузки на корпус совершенно иные. Заккар-Илу, пряча от меня глаза, твердо потребовал эти проклятые гвозди, в противном случае отказываясь гарантировать результат. Когда проводили таранный удар, он стоял в трюме и прижимал ладони к днищу, ловя вибрации корпуса. Что-то он там недоброе почуял и теперь совершенно уверен, что если удар будет слишком сильным, то моя бирема попросту утонет. Я знаю, что первые биремы безо всяких гвоздей делали, но у нас пока что-то не получается. А ведь у меня и так бронзы просто уйма уходит! Один таран под двести кило весит! Я уже выгреб все, что можно, и скоро отдам в переплавку светильники из собственного дворца. Это может быть смешно, но серебра у меня сейчас больше, чем бронзы. Я бы его один к одному по весу поменял, но даже этого я не успеваю сделать, потому что сижу на острове безвылазно и считаю дни. Три недели — это все, что у меня было. Нельзя бесконечно затягивать неизбежное. Агамемнон далеко не дурак, и ждет сигнала. Но если он догадается, что его водят за нос, то двинет еще большие силы. Он призовет подвластных критян и блокирует остров со всех сторон. Что сделает одна бирема против пяти-семи кораблей? Да ничего. Ее возьмут в кольцо, зальют стрелами и сожгут. На меня работает только неожиданность, но уже второй бой неожиданностью не станет. Нельзя недооценивать здешних людей. Они отнюдь не глупы и приучены цепляться за жизнь с отчаянием обреченных. Да они и есть обреченные, с рождения балансирующие между голодом и войной.
А еще мне нужно отправить караван в Египет, а отправлять его пока особенно не с чем. Здешнюю руду только-только начинают разрабатывать, и первую крицу получили буквально сегодня утром. А лесом остров небогат. Если взяться как следует, тут через год ни кустика не останется. Тоже решать нужно. Кузнецы вкалывают на улице, пока вокруг них возводят стены. Если мои мастера не наработают потребного количества наконечников, то не видать мне зерна как своих ушей, и крошечный остров, удвоивший свое население, начнет голодать. Впрочем, и это еще не все! Даже если у меня будет груз железного оружия, я все равно не смогу отправить караван, иначе лишусь половины своих вооруженных сил. Через девять дней Кимон поплывет в Навплион, а потом через неделю-другую оттуда двинется эскадра аргосских кораблей. Если не успеть сделать все, что намечено, я в полном дерьме! Я и жив-то еще лишь потому, что меня пока что не принимают всерьез. Как только это случится, я должен быть полностью готов, иначе направление похода развернут, и сначала армия ахейцев посетит Сифнос, не оставив от острова камня на камне. А оно мне надо?
Тьфу ты! Да что за день-то такой! Красивая картинка римского акведука осталась таковой только в моих прожектах, а по факту я увидел кривое и косое уродство, которое завалится от хорошего пинка. Поднять этим ужасом воду на несколько десятков метров нечего и думать. Оказывается, я сильно переоценил квалификацию здешних мастеров. Построить толстую стену без раствора они еще кое-как могли, но уже выложить столб, который не начнет отклоняться от вертикальной оси на высоте трех метров, оказались категорически неспособны. И даже уровень не помогает. Островитяне просто не умеют этого делать. Тут из Египта строители нужны, или из Вавилонии, на худой конец. Про первую (она же последняя) построенную арку я и вовсе молчу. Такой получился позор, что я приказал сломать этот ужас немедленно, пока он кого-нибудь не придавил. Кстати, и здешний мегарон, и крепость строили приезжие мастера, то ли с Крита, то ли из Тиринфа, то ли из Микен. Это уже позабылось за давностью лет.
— Э-эх! — обреченно сказал я, потеряв всякую надежду на прямую поставку воды в свою будущую баньку. Я уже и продумал там все. Даже по-черному готов топить сначала!
— Ведите воду трубами в Нижний город.
— Слушаюсь, господин, — с видимым облегчением поклонился мастер Алкаст. — С этим мы точно справимся.
Да, провести трубы по склону горы вниз — это достаточно просто. Водопровод получится извилистый, но ничего критично сложного в нем нет. Даже мои рудокопы справятся. От родника до города — пять стадий, со всеми изгибами — максимум семь. Километр-полтора, сущая ерунда! А вот мне пока о баньке придется забыть. Печаль… А что печаль? С печалью у нас разговор короткий. Есть только один способ избавиться от тоски: это мой корабль. И он как раз заходит в гавань, я вижу его с горы.
