Я содрогнулся, глядя на пылающего эпика, который мог быть близнецом Меган. Да, в ее способностях я сильно ошибался. Встав, я посмотрел в глаза Огнемета.
— Значит, тебе не нужно… меняться с ним местами или вроде того? В смысле, чтобы он появился здесь?
— Нет, — ответила она. — Я притягиваю тени из иного мира в наш. Реальность вокруг тени странным образом искажается, но все равно это только тень. Я могу призвать его сюда, но я никогда не видела его мира.
— Он… знает, что я здесь? — спросил я, взглянув на Меган.
— Не уверена, — сказала она. — В основном я могу заставить его делать все, что захочу, но, думаю, только потому, что мои способности сами находят реальность, в которой он уже собирается поступить так, как нужно мне…
Я снова посмотрел в пылающие глаза, и мне показалось, что они меня видят. И даже знают. Огнемет кивнул мне и исчез.
— Я чувствовал тепло, — сказал я, вновь посмотрев на Меган.
— Бывает по-разному, — ответила она. — Иногда, когда я проникаю в другую реальность, там темно и ничего не разобрать. А иногда она в самом деле выглядит почти реально. — Она поморщилась. — Вообще-то, мы ведь должны прятаться, а не призывать пылающих в ночи эпиков?
— Все равно было здорово, — тихо сказал я — и тут же пожалел об этом.
Меган говорила, что не хочет иметь никаких способностей. Они разрушали ее разум, стремились ее уничтожить. Так что хвалить их — примерно то же самое, как хвалить человека со сломанной ногой за то, какая белая кость торчит у него из-под кожи.
Но похоже, Меган отнеслась к моим словам спокойно. Я даже мог поклясться, что она слегка покраснела.
— Не особо, — сказала она. — Столько труда ради простейшего эффекта. Наверняка ты читал про эпиков, которые могут создавать иллюзии чего угодно, не прибегая ни к каким альтернативным реальностям.
— Конечно.
Она окинула меня взглядом, скрестив руки на груди:
— Ладно. Нужно что-то сделать с твоей одежкой.
— Что? Думаешь, парень в гидрокостюме со странной штуковиной за спиной может у кого-то вызвать подозрения?
Она не ответила, лишь положила руку мне на плечо. Поверх гидрокостюма словно из воздуха возникли джинсы и куртка — почти такие же, какие были у меня. Нижняя часть штанин расширялась, свободно вмещая в себя спирил. Не слишком модно, — впрочем, что я мог знать о моде? В Ньюкаго последним писком была одежда в стиле Чикаго двадцатых годов.
Я потрогал одежду. Она оказалась не настоящей, хотя мне казалось, что едва заметно я ее все же ощущаю — словно воспоминания. Меган критически оглядела меня, приподняв бровь.
— Что? — спросил я.
— Пытаюсь решить, не поменять ли тебе лицо, чтобы никто не заметил, что ты шпионишь за Разрушителем.
— Гм… ладно.
— Впрочем, есть и побочные эффекты, — сказала она. — Когда я меняю чье-то тело, меня всегда беспокоит, не поменяется ли оно полностью со своей версией из иной реальности.
— А что, бывало?
— Не знаю, — ответила она, скрестив руки. — Я почти уверена, что каждый раз, когда я умираю, никакого «воскрешения» на самом деле нет — просто мои способности вызывают из другого измерения мою версию, которая не умирала. — Она содрогнулась. — Так что лучше оставим тебя таким, какой ты есть. Не хотелось бы, чтобы у тебя поменялось лицо, а потом таким и осталось. Я уже привыкла к твоему. Ну что, пойдем дальше?
— Угу, — сказал я.
Выбравшись из-за брошенной палатки, мы пошли дальше к тому месту, где расположился Разрушитель.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил я.
— Слегка проголодалась, — ответила Меган.
— Я не об этом. — Я взглянул на нее.
Она вздохнула, продолжая идти:
— Я сейчас чересчур раздражительна — как будто не выспалась как следует. Хочется вцепиться в глотку любому, кто окажется рядом, но это скоро пройдет. — Она пожала плечами. — Сейчас получше, чем бывало раньше. Не знаю почему — хотя я не такая уж и могущественная, как могло бы показаться.
— Ты уже что-то такое говорила.
— Потому что это правда. Но… что ж, возможно, оно и к лучшему. Потому я и могу делать многое, не сходя сразу же с ума. Для реально могущественного эпика это куда тяжелее. Мне же по-настоящему плохо только тогда, когда я возрождаюсь.
Мы шагнули на очередной мост.
— Странно, — заметил я, — слышать эпика, который так откровенно обо всем этом рассказывает.
— Странно, — ответила она, — слышать твой дурацкий голос, который выведывает все мои секреты. — Она снова поморщилась. — Извини.
— Все в порядке. Что же это за прогулка с Меган без пары язвительных замечаний?
— Нет, не все в порядке. Это не я, салага. Я не настолько язвительная.
Я удивленно взглянул на нее.
— Ладно, — бросила она, — может, и я. Но я никого не хочу оскорблять. Терпеть этого не могу. Кажется, я перестаю быть сама собой.
— Я могу чем-то помочь?
— Поговори со мной. — Она глубоко вздохнула. — Расскажи мне о своих исследованиях.
— Это довольно занудно.
— Ничего, переживу.
— Ну… я нашел связь между некоторыми эпиками и их слабостями. Оказывается, она куда серьезнее, чем мы думали. Но чтобы это проверить, нужно похитить нескольких эпиков.
— У тебя всегда были грандиозные планы, салага.
