— Нет, послушай, — прервал я ее. — Это отличная идея. Если я сумею захватить в плен нескольких эпиков, а потом использовать их слабые места, чтобы лишить их способностей, то смогу выяснить, сколько им требуется времени, чтобы снова стать нормальными. Я могу их допросить, выведать у них, какие события из их прошлого могут быть связаны с их слабостями.
— Почему бы тебе не допросить эпика, который шагает рядом с тобой? И готов пойти на это добровольно?
Я откашлялся в кулак.
— Гм… собственно, у меня потому и возник этот план, что я думал, как спасти тебя от твоих способностей. Я решил, что если узнаю, сколько для этого нужно времени и что требуется, чтобы удержать эпика от… В общем, я хотел тебе помочь.
— Да уж, — усмехнулась она. — Мне еще ни разу никто не признавался в том, что у него есть план похитить меня и держать в плену.
— Я просто…
— Все в порядке, — сказала она, беря меня за руку. — Понимаю твои чувства. Спасибо.
Я кивнул, и какое-то время мы шли молча. Спешить было некуда. Вэл должна была вернуться только через несколько часов, а Разрушитель никуда не должен был деться. Так что я просто наслаждался приятным вечером — по крайней мере, настолько, насколько это было возможно.
Новилон был прекрасен. Мне начинал нравиться странный свет аэрозольной краски — после серого Ньюкаго от разнообразия цветов захватывало дух. Новилонцы могли рисовать на стенах что угодно — от криво нацарапанных имен до причудливых и прекрасных картин.
Хотя меня до сих пор приводило в замешательство безмятежное поведение местных жителей, в чем-то я им завидовал. Так ли уж плоха подобная жизнь? Мы проходили мимо людей, которые купались, разговаривали, били в барабаны, пели песни. Я вдруг понял, что они раздражают меня намного меньше, чем прежде.
Возможно, все из-за того, что я был не один. Рядом, держа меня под руку, шла Меган. Мы почти не разговаривали, но этого и не требовалось. На какое-то время она вернулась ко мне — я не знал, надолго ли, но в этом светящемся яркими красками городе мы снова были вместе. И за это я был ему благодарен.
Мы прошли по крыше высокого здания, приближаясь к восточной окраине города, где нас ждал Разрушитель. Я свернул к мосту, ведшему на здание еще выше, — подходящее место, чтобы поставить камеру Тиа или высмотреть локацию получше.
— Меня беспокоит, что, когда я воскресаю, на самом деле возвращаюсь назад не я, — тихо сказала Меган, — а какая-то другая версия меня. Меня беспокоит, что рано или поздно что-нибудь пойдет не так и та, другая, натворит что-нибудь такое, чего мне вовсе не хочется.
Она посмотрела на меня.
— Это настоящая ты, — сказал я.
— Но…
— Нет, Меган. Нельзя же всю жизнь из-за этого беспокоиться. Ты говорила, что твои способности забирают из иной реальности твою версию, которая не умерла, но во всем остальном ту же самую. Просто живую.
— Этого я точно не знаю.
— Ты ведь помнишь все, что с тобой было, кроме времени непосредственно перед смертью?
— Угу.
— Значит, это все та же ты. Я это чувствую. Ты — моя Меган, а не кто-то другой.
Она замолчала. Я взглянул на нее и увидел, что она улыбается.
— Знаешь, — сказала она, — порой, когда я с тобой говорю, у меня возникает впечатление, будто это ты можешь менять реальность.
Мне вдруг пришла в голову мысль.
— Можешь поменять Разрушителя? — спросил я. — Вызвать его версию без способностей или с очевидной слабостью, а этого запихнуть в какое-нибудь другое измерение?
Она покачала головой.
— Я не настолько могущественна, — сказала она. — Единственное, когда мне удается нечто по-настоящему серьезное, — сразу после смерти, когда я воскресаю на следующее утро. Возможно, я могу утащить с собой частицы той реальности — поскольку только что из нее явилась. Но даже тогда я не настолько владею собой, чтобы управлять своими силами. Так что ничего не выйдет.
— В любом случае имело смысл спросить, — сказал я и поскреб в затылке. — Хотя, даже если бы ты могла, вряд ли нам стоило это делать. Какая польза от того, что мы защитили бы этот Новилон, если бы в другом погибли тысячи?
Что, если альтернативные реальности существовали на самом деле, а не являлись лишь возможными вариантами существующих? От подобных мыслей у меня разболелась голова.
— Так или иначе, моя цель — избавиться от своих способностей, не забывай, — сказала Меган. — Регалия утверждала, что не знает точно, сумеет ли этого добиться, но пообещала, что попробует, если я стану ей служить. — Какое-то время Меган шла молча. — Не знаю, лгала она или нет, но, думаю, ты прав. Пожалуй, за всем этим что-то есть. Некая цель.
Я остановился на краю крыши. Меган стояла на мосту позади меня.
— Меган, ты знаешь свою слабость?
— Да, — тихо ответила она, поворачиваясь и глядя на город.
— Она как-то связана с твоим прошлым?
— Просто случайные совпадения, — сказала Меган, посмотрев мне в глаза. — Но возможно, не столь случайные, как мне казалось.
Улыбнувшись, я повернулся и пошел дальше по крыше.
— Не хочешь спросить, в чем моя слабость? — поинтересовалась она, нагоняя меня.
