— Конел! Конел, слышишь меня?
— Слышу, Сирокко.
— Мы снимаемся через две минуты. Что новенького?
— Только что разнес одного бомбадуля, Капитан. — Скрыть гордость ему решительно не удалось. — Еще четыре на очереди. — Конел взглянул на Искру, а та выбрала тот же миг, чтобы взглянуть на него. Все заняло меньше секунды, но на губах у девушки играла озорная улыбка, которая ясно говорила: «А ты ничего». И, черт возьми, разве не так, разве, черт побери, нет? Ближе друг другу они еще никогда не были. Затем Искра снова стала наблюдать за небом.
— Боюсь, пейзаж на пути туда нам не понравится, — сказала Сирокко.
— По-моему, все будет путем, Капитан.
— Трое уже за нами пристроились, — сообщила Искра.
— Вижу. — Конел заметил их и на экране радара, и невооруженным глазом. Его заинтересовало, что они готовят и куда подевался четвертый.
— Надо бы проконсультироваться со Стукачком, выяснить, что ему об этом известно, — сказала Сирокко. Конел не стал отвечать. Снова тормознув, он описал широкую петлю и чуть было не подстрелил замыкающего построение бомбадуля. Делать же он этого не стал, зная, что лучше поберечь боеприпасы.
Тогда Конел устроил ложную погоню по небесам, пока бомбадули не растянулись в длинную цепочку, не нарушили построение и не перегруппировались — в то время как Конел снова набирал высоту, все еще тревожась насчет последнего бомбадуля. На экране его не было. У Конела родилась мысль.
— Один может направляться к тебе, Капитан, — сказал он. — Может статься, он попытается устроить засаду, когда вы будете сниматься.
— Спасибо, прослежу.
Снова бомбадули шли за ним. Конел распланировал свои действия и решил, что непременно накроет одного, а то и двух еще до прибытия Сирокко. Бомбадули опять собрались в линию, петляя во время погони. Он притормозил — сначала медленно — и заметил, что замыкающий быстро сбавляет ход. Конелу это не понравилось. Затем «стрекозу» повело влево, и ему пришлось бороться с рычагом управления. Выглянув наружу, Конел увидел рваную дыру в крыле, совсем рядом с орудием. Прямо у него на глазах появились еще две дыры. Потом что-то с воем врезалось в более плотный материал над головой. Конел поднял глаза на глубокую выемку, затем дернул рычаг управления на себя.
— Они в нас стреляют! — закричала Искра. Конел так толком никогда и не узнал, что же он делал в следующие двадцать секунд. Сначала земля была повсюду, затем в какой-то момент накренилась, затем оказалась над головой, затем пошла кругом. Должно быть, такой маневр и сработал. На миг один из бомбадулей оказался в прицеле, и Конел выстрелил, но промазал. Обернувшись, он увидел, что все трое далеко позади, но снова выстраиваются в линию.
Может, стоило просто от них сбежать? Конел сомневался, что им доступна его предельная скорость. Осторожность составляла лучшую часть доблести, а все это дело…
Но его сильно тревожило поврежденное крыло. «Стрекозы» отличались необычайной прочностью, но и у них были свои пределы.
Пожав плечами, Конел выжал из «Стрекозы» максимальную скорость.
— Впереди!
У Искры было фантастическое зрение. Конел разглядел бы бомбадуля только тогда, когда было бы уже слишком поздно, — да он его, собственно, так и не увидел, пока бомбадуль не заполнил почти весь обзор; одна отверстая пасть, плюющаяся в них росточками пламени. Но Конел все же успел дернуть рукоятку управления — и они прошли внизу — в каком-то метре от четвертого бомбадуля. Услышав взрыв, Конел решил оглянуться. Тактика тварей себя не оправдала. Промахнувшись, четвертый бомбадуль столкнулся лоб в лоб с третьим в ряду преследователей. То, что падало на пески Мнемосины, уже отдаленно напоминало летательные аппараты.
— Конел, — раздался озабоченный голос Сирокко. — Стукачок говорит, они могут быть вооружены. Не знаю, можно ли на это полагаться.
— Спасибо! — проорал Конел и нырнул вниз, едва услышав свист пуль. Теперь он гнал к земле, петляя и делая зигзаги по всему пути. Затем что-то пробило фюзеляж и, похоже, срикошетило от одной из стен. Кабину заполнил едкий дым, а Искра орала и топала ногами.
— Оно живое! Живое! — вопила девушка, но у Конела не было времени посмотреть. Он продолжал поворачивать, и бомбадули позади снова рассредоточились. Когда Конел решил, что у него есть свободная секунда, то взглянул вправо. С искаженным от омерзения лицом Искра топтала что-то черное а это черное извивалось, подпрыгивало и дымилось. У твари оказалась пасть, и она то и дело хватала Искру за ноги. Наконец, прямо на глазах у Конела, Искре удалось накрыть монстра одной из свободных перчаток от бронежилета и что было силы придавить ногой.
Раздался грохот, будто рванула петарда, и нога Искры подскочила так, что колено попало точно по подбородку. Свист, который Конел уже слышал и раньше, сделался более надсадным, и он увидел, как перчатку утягивает в десятисантиметровую дырку в полу.
Времени для дальнейших раздумий уже не было. Вот-вот — и он вспахал бы песчаную дюну. Успев притормозить, Конел понесся над пустыней, делая семьсот километров в час, в пятидесяти метрах над дюнами. Левое крыло надсадно визжало.
