Теперь все они взялись за руки, кроме Искры и Змея, между которыми стоял пустой стул, оставленный для Криса. Сирокко оглядывала каждого по очереди, прикидывая их сильные и слабые стороны. Никто не отвернулся. Отряд вышел славный. Задача казалась почти невыполнимой, но Сирокко не могла себе представить, кого бы еще ей иметь на своей стороне.
— Я должна сказать вам еще две вещи, а затем можно будет приступить к обсуждению. Я виделась с Крисом и кратко с ним переговорила. Ему не причинили вреда — и Адаму тоже. — Ей пришлось подождать, пока улягутся шепотки. — Сейчас я вам большего сказать не могу. Быть может — позже. Теперь второе. Это второе я долго откладывала. Вообще-то непосредственно с нашим делом это мало связано, но вам следует это знать. Я почти уверена, что Гея развязала войну. Даже если она этого и не делала, то несомненен ее вклад в продолжение военных действий.
Наступило молчание. Да, конечно, все были потрясены, но, пока Фея разглядывала их лица, ее оценка ситуации подтвердилась. Многие уже давно нечто подобное подозревали. Менестрель грустно кивал. Робин неподвижно сидела с серьезным лицом. На миг Сирокко показалось, что Верджинель сейчас вырвет.
— Сорок миллиардов человек, — выдавила Верджинель.
— Да, около того.
— Убиты, — сказал Змей.
— Да. Так или иначе. — Сирокко помрачнела. — Хотя, как бы я Гею ни ненавидела, всю вину я на нее возложить не могу. Человечество так и не научилось жить с бомбой. Рано или поздно это должно было случиться.
— А первую бомбу бросила Гея? — спросил Конел. — Ту, что на Австралию?
— Нет. Она бы на это не осмелилась. Мой… мой осведомитель считает, что Гея, вероятнее всего, спланировала несчастный случай. Однажды, очень давно, я видела, какими бешеными становятся голодные акулы, когда им бросают корм. Именно это Гея и сделала. Она видела громадный аквариум, полный голодных акул. И она пустила в воду немного крови. И акулы принялись убивать друг друга. Они уже были готовы к этому, Гея лишь их направила. Позднее, когда охранный корабль удалился, когда стало похоже, что война прекращается, Гея уронила одну из своих бомб в нужном месте — и все развернулось по новой. Так что она напрямую ответственна за убийство нескольких миллиардов.
— Но ведь сейчас ты уже не про метеориты говоришь, — заметила Робин. — Настоящие атомные бомбы? Не знала, что у Геи они есть.
— А почему их у нее не может быть? У нее было целое столетие, чтобы их приобрести, а желающих продать хватало. Но Гее даже этого не требовалось. Она может делать собственные. Долгое время Гея была уязвима. Одна термоядерная бомба покрупнее могла уничтожить все колесо. Следовало ожидать, что она не станет сидеть сложа руки. Так что война была в ее интересах. В настоящее время противники дошли уже до такого состояния, когда никто по ней стрелять уже не собирается. Пара дюжин ракет полетела в этом направлении. Но дальше орбиты Марса ни одна не добралась. Гея запросто с ними справляется.
Сирокко снова села на стул и стала ждать вопросов. Долгое время стояла тишина. Наконец Искра подняла взгляд от полированной поверхности стола:
— Скажи, Сирокко, откуда ты все это узнала?
«Славный вопросец, девочка». Сирокко неторопливо потерла верхнюю губу и с прищуром стала смотреть на Искру, пока девушка с неловкостью не отвернулась.
— Прямо сейчас сказать не могу. Тебе придется поверить мне на слово.
— Клянусь, я вовсе не хотела сказать, что…
— У тебя есть полное право поинтересоваться. Все, что я могу сделать, — это попросить тебя вспомнить нашу клятву и пока что принять все на веру. Обещаю, ты узнаешь обо всем раньше, чем я попрошу тебя поставить на карту собственную жизнь.
«И я тоже, Габи», — подумала она. Сирокко ничто так не пугало, чем то, что в самом конце Габи явится только ей.
— Можешь изложить нам свои планы? — спросил Менестрель.
— Именно этим я сейчас и займусь. Во всех утомительных деталях. Предлагаю наполнить кубки, отодвинуть стулья, а сыр и крекеры принести для тех, у кого еще осталось место, чтобы их туда положить. Изложение планов займет много времени, и планы эти не менее безумны, чем все то, что вы слышали до этого.
Времени действительно ушла масса. Пять оборотов спустя все по-прежнему обсуждали тот или иной вопрос обширной схемы, но в целом согласие уже было достигнуто.
К тому времени Искра похрапывала на стуле. Сирокко от души ей позавидовала. Сама она не надеялась на сон еще по меньшей мере килооборот.
Выйдя из-за стола, Сирокко поднялась по главной лестнице громадного дома на третий этаж. Там, наверху, находилась комната, давным-давно оставленная для нее Крисом. Фея не знала, что заставило хозяина древесного дома назвать ту комнату Комнатой Сирокко. В то время Крис вообще вел себя странно. Например, построил тот обшитый медью алтарь для Робин.
В Комнате Сирокко был голый деревянный пол, белые стены и единственное окно с черной шторой. Тюфяк был толстый и набитый пухом.
