Ардан вздрогнул. Истинные Имена были легендой даже среди магов — древняя магия, позволяющая контролировать сущность любого существа или явления, если знаешь его подлинное имя.
— Ты говоришь…
— Да, — кивнул Элзар. — Она может видеть Истинные Имена членов Совета. А это значит, что она может лишить их власти.
В воздухе повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием костра и завыванием ветра среди мертвых деревьев.
— Если все это правда, — наконец произнес Ардан, — то почему Совет до сих пор не нашел её? Храм Судеб не скрыт от мира.
— Потому что Храм защищен древней магией, — ответил Элзар. — Магией, которая существовала еще до появления Совета. Внутри Храма все прорицатели находятся под защитой. Но…
— Но что?
— Но эта защита не абсолютна, — вздохнул Элзар. — Она может быть нарушена изнутри. Кем-то, кто связан кровью с обитателями Храма.
— Кем-то вроде тебя, — холодно заметил Ардан.
— Да, — не стал отрицать Элзар. — Совет пытался использовать меня как ключ. Но я сбежал. Проблема в том… что я не единственный, кто связан кровью с Эльжбетой.
Ардан нахмурился.
— У вас есть еще родственники?
— Нет, — покачал головой Элзар. — Но есть еще кое-что… Кровь — это не только родство. Это еще и узы, созданные через ритуалы и клятвы.
Он посмотрел прямо в глаза Ардану.
— Ты связан с ней, не так ли? Через ритуал разделенной крови. Я видел такой же шрам на твоей ладони, как у неё.
Ардан инстинктивно сжал левую руку в кулак, скрывая шрам в форме полумесяца.
— Это было давно, — отрезал он. — Просто глупая клятва.
— Нет, — возразил Элзар. — Это была магия. Древняя и могущественная. Эльжбета знала, что делает, когда проводила этот ритуал. Она связала вас не только друг с другом, но и с Храмом. Защитила тебя.
— От чего?
— От Совета, — Элзар посмотрел на пламя. — От меня. От всего, что могло угрожать вам. Но теперь…
— Теперь что?
— Теперь эта связь может стать вашим проклятием, — тихо произнес Элзар. — Совет может использовать её как путь к Эльжбете. Через тебя.
Ардан почувствовал, как холодок пробежал по спине.
— Как?
— Им нужна твоя кровь, — ответил Элзар. — Или твоя жизнь. Либо ты станешь их ключом, либо они уничтожат тебя, чтобы разорвать связь.
Ардан молчал, обдумывая услышанное. Все эти годы он думал, что разделенная кровь была просто символом их любви, их обещанием друг другу. Теперь же оказывалось, что это было нечто большее — защита и одновременно угроза.
— Почему я должен верить тебе? — спросил он наконец. — Ты мог солгать о всем этом, чтобы манипулировать мной.
Элзар устало улыбнулся.
— Мог бы. Но зачем? Если бы я хотел навредить тебе или Эльжбете, я бы просто вернулся к Совету. Они бы щедро наградили меня за твою голову.
Он протянул руку к огню, и пламя вдруг изменило цвет, став фиолетовым.
— Я устал быть пешкой в чужой игре, Ардан. Я хочу вернуть себе свободу. И помочь той, кого когда-то подвел, — в его голосе звучала неподдельная искренность. — Ты можешь не доверять мне. Но доверяй своему чутью.
Ардан долго смотрел на него, пытаясь разглядеть ложь в его глазах. Но видел лишь усталость и решимость — те же чувства, что и в его собственной душе.
— Хорошо, — наконец произнес он. — Я буду сражаться рядом с тобой. Но знай: если ты предашь нас, я убью тебя, даже если это будет последнее, что я сделаю в жизни.
Элзар кивнул.
— Справедливо. А теперь отдохни. Завтра нам предстоит долгий путь через самое сердце Пустоши.
Ардан лег, положив меч рядом с собой. Сон не шел. В голове крутились мысли о Совете, об Эльжбете, о предательстве и судьбе. Правду ли говорил Элзар? И если да, то смогут ли они вместе противостоять силе, которая правила этим миром из тени на протяжении сотен лет?
Глядя на звезды, едва видимые сквозь вечный туман Пустоши, Ардан вспомнил слова Эльжбеты: "Мы сами выбираем свою судьбу, любимый. Каждый шаг, каждое решение ведет нас по тропе, которую мы сами проложили."
"Надеюсь, ты права," — подумал он, закрывая глаза. — "И надеюсь, мой выбор не приведет нас к гибели."
Храм Судеб возвышался на скалистом утесе, подобно древнему стражу, хранящему тайны веков. Его белые стены, казалось, светились в лунном свете, а высокие башни с заостренными шпилями пронзали низкие облака. После трех дней пути через Мертвую Пустошь, это зрелище наполняло душу благоговением и надеждой.
Ардан и Элзар стояли на краю леса, глядя на величественное сооружение. Дорога к Храму лежала через узкий перешеек, соединяющий материк с утесом — единственный путь для тех, кто не обладал даром левитации или полета.
— Мы не сможем войти через главные ворота, — произнес Элзар, поправляя плащ. — Хранители Храма знают меня, и мое появление вызовет слишком много вопросов.
— А меня они знают? — спросил Ардан.
— Возможно, — кивнул маг. — Если Эльжбета говорила о тебе. Храм — это закрытая община, там все всё знают друг о друге.