— Зачем? Я тебя и так поймал. — Хафаш подошёл к краю крыши и остановился, поджидая Борагуса. — Не стой столбом, мхаз, иначе мне придётся и дальше перекидывать тебя вручную. Скоро тучи закроют луну и к этому времени ты уже должен сидеть в лодке.
Позволить себе, чтобы им швырялись, словно худым снопом, Дарик не мог! Дома здесь стояли тесно прижатые друг к другу, в целях экономии места и кирпича, когда стена одного дома, одновременно являлась стеной другого. По таким, перепрыгивать с одной крыши на другую не представляло сложностей. Уже через пару домов, полукровка немного оттаял, что решил сделать к хафашу повторный заход.
— Так чем для нас хорош обыск города?
— Потому, что Шагристан большой. — Пояснил он, останавливаясь и поджидая Дарика. Следующая крыша была на пару локтей выше и находилась на другой стороне улочки, шириною в десять шагов. — Чтобы перерыть здесь одновременно каждый закоулок не хватит всего шахского войска. Сначала обыскивали порт, потом почти всю стражу перегнали в город, значит теперь в Бале поспокойней, а это значит, что у нас есть возможность отправить тебя отсюда…
Отряд ас'шабаров, выстроившийся поперёк улицы, они миновали так тихо и аккуратно, что никто из орков даже не поднял головы, посмотреть, что за тени крадутся по крыше. Те, кто лишён крыльев, вообще редко смотрят наверх без веской на то причины, вроде налетающего дракона или сорвавшегося с крыши кирпича. Зачем? Их интересы и проблемы редко отрываются от земли.
Спуститься с крыши на свободную улицу по отвесной стене, было делом не лёгким, но Дарик справился с ним почти на отлично, отделавшись одними синяками. Ограждающая порт со стороны города стена была скорее декоративной, призванной не столько защищать от врагов, сколько не пускать в город портовое отребье. При обороне города, основные надежды возлагались на внешние стены порта-Бала и на запирающую залив железную цепь, потому во внутренней стене охранялись только ворота. Идти через них хафаш, по понятным причинам не стал, выбрав для переправы место подальше от входа и высокой башни, где заросли колючего кустарника росли прямо под стеной. Там, дождавшись, когда бледный диск луны закроет наползающей тучей, он перетащил Дарика через стену на территорию порта.
Порт-Бала жил своей обычной ночной жизнью, куда более оживлённой, чем в городе. В нём, не заходя в Шагристан, можно было найти вино, кальян и доступных женщин, готовых подарить моряку свою любовь за пару медных номисм. Конечно, недавние события, виной которым был Дарик, сказались и на нём. На его узких кривых улицах было подозрительно мало моряков и портовых куртизанок, а воры и грабители, обычно подстерегавшие пьяных мореплавателей у дверей духанов, частично затаились либо же познакомились с колодками и плетьми ас'шабаров. Часть кабаков и борделей была закрыта, но в остальных, чьи хозяева сумели откупиться от стражи, бурлила жизнь. Можно было слышать смех и звон глиняной посуды, раздающимися сквозь рваные старые циновки, повешенными на вход вместо дверей. Дарик и его зловещий провожатый быстро проходили мимо зазывал, пытавшихся заманить их в свои заведения, уверенно держа путь к каменным пирсам.
— Умеешь грести?
— Да. Хотите спрятать меня на корабле среди гребцов? — Попытался угадать полукровка, но, как оказалось, ошибся. Хафаш отрицательно покачал головой, лёгким толчком в плечо, разворачивая Борагуса в нужную сторону.
Они шли по пустым причалам, у которых как стена, покачивались высокие округлые борта купеческих титланских судов, приходивших в Атраван с продукцией рудников своей родины и увозя обратно великолепное зерно Междуречья, переступали через толстые змеи швартовочных канатов, тянувшихся от кораблей к каменным чушкам кнехтов, пока не оказались под стеной небольшого сарая с большим амбарным замком на двери. Провожатый полез в поясной кошелёк, извлекая оттуда толстый короткий ключ и уже через минуту вытаскивал из раскрытых дверей сарая узкую вытянутую лодчонку, длиной чуть больше одного метра.
— На нормальной лодке, конечно, было бы сподручнее, но ты поплывёшь на этом. — Объявил он, пихая в Дарика чёлн.
Посудина оказалась тонкостенной, выдолбленной целиком из древесного ствола, потому была сравнительно лёгкой, но править ею можно было только сидя на заднице, вытянув ноги. К ней прилагалось короткое весло, широкое как совковая лопата. Борагусу не надо быть «морским волком» дабы понять, что места в этой лодчонке есть только для одного. Это значило, что кровопийца не будет сопровождать его на воде. Почему?
— Древнее проклятие тяготит наше племя, из-за которого я не смогу сопровождать тебя на воде. — Кислым тоном признался «всемогущий» хафаш. — Потому слушай внимательнее и запоминай то, что я говорю.
Пока полукровка ставил на неё долблёнку, кровопийца давал последние торопливые наставления. С Гюлим ждал его на восточной дороге, идущей вдоль побережья к Мудинне и Ардаблю.
— Ты увидишь его костёр на ближайших холмах. — Закончил он, отталкивая утлую посудину от берега. — И обязательно расскажи ему, как Джунгир ас'Букраб помогал тебе!
