Не найдя подходящего места, он просто заправил её за широкий пояс, для чего перетянул его, сделав посвободней. Занятый делом он, тем не менее, услышал звук быстрых шагов своей спиной и даже обернулся на него, увидев троих мужчин, в безрукавках надетых на голое тело, бегущих из верхнего города по тропе. Злые бурые, от бега, лица были ему не знакомы, а мутные глаза смотрели куда-то мимо Дарика, отчего тот принял их за спешащих на корабль моряков и отодвинулся в сторону. В пользу того, что это моряки, а не разбойники, свидетельствовала татуировка в виде алого осьминога на плече самого первого из них. Но вместо того, чтоб проскочить мимо давшего дорогу Борагуса, носитель татуировки внезапно накинулся на полукровку, сцепившись и полетев вместе с ним на землю. Они покатились, перекатываясь через камни и считая боками неровности, пока сверху не навалились двое других моряков, схвативших Дарика за руки. Втроём они сумели скрутить его, прижав к земле и отобрали оружие.
— Ан'нарад-ан'Аллу![4] — Довольно выдохнул один из моряков, возвышаясь над полуорком пока его товарищи сидели на его руках и ногах. — Попался!
— Кто вы такие?! — Воскликнул Борагус, извиваясь под придавившими его врагами.
— Ха! Он ещё спрашивает кто мы! — Заржали ему в ответ, а один, отсмеявшись, предложил подрезать ему в качестве мести сухожилия на ногах.
— Лучше заберём его с собой. — Возразил второй, державший Дарика за руки. — Он ранил нашего друга, так пусть теперь крутит вёсло до конца своих дней.
— Тогда тем более зачем ему ноги? Они ему на гребной скамье не понадобятся!
Говоривший слегка подвинулся и Дарик получил возможность увидеть моряка с красной татуировкой, в руках которого посверкивала отнятая у Борагуса сабля. Он с видом знатока осматривал кривой клинок, пробуя его на остроту, явно собираясь испытать её на полукровке. Но самое страшно для Дарика было не это, а то, что за спиной моряка, сцепив руки на животе, стоял грустный улле Эфеби. И этот старик показался полукровке гораздо страшнее держащих его мордоворотов.
— Зачем ты пришёл?!! — Вскричал Борагус, глядя мимо вооружённого головореза, на преследовавшего его старца. — Чего ты ещё хочешь?! Ты сам выбрал свою судьбу! Ты сам просил об этом!
— Чего он несёт?
— Не знаю. — Татуированный удивлённо задрал бровь, коротко глянул через плечо, понятное дело, никого там не увидев и глуповато хохотнул. — По-моему он просто сумасшедший.
Он шагнул к распростертому на земле Дарику, собираясь стянуть с него сапоги и призрак шагнул вперёд вместе с ним.
— Нет!
Страх, охвативший Борагуса, перерос в отчаянную злость, а злость удвоила его силы. Выгнув тело дугой, он сумел высвободить ноги и с силой заехал обеими подошвами в личико державшего их моряка. На этом его бунт закончился, потому что сверху в лицо прилетел крепкий кулак, отправивший Дарика в короткое забытье. Пришёл он в себя быстро, возможно всего через несколько секунд. Сквозь звон в ушах он слышал чужой незнакомый голос, повелевающий встать и назвать себя.
— Азарар из Кандебы, — отвечал ему слегка заторможенный голос моряка, собиравшегося подрезать дариковы поджилки. Ему вторили голоса товарищей, так же послушно говоривших свои имена, — Аллу и Бабек. Все трое были матросы с одной шебеки стоявшей в Порту-Бала уже долгое время.
— Вы вернётесь на своё судно и ляжете спать, — снова заговорил новый голос.
В этот момент глаза полукровки наконец-то перестали косить, а зрение обрело чёткость, чтобы он смог увидеть троих матросов, с неподвижностью статуй замерших перед незнакомцем, стоявшим в горделивой позе, скрестив на груди руки. Так же незаметно к Дарику прокралось осознание, что его более никто не держит. Он резво вскочил на ноги, когда незнакомец заканчивал давать матросам свои наставления.
— …А после навсегда забудете этот день.
— Да, господин! — Хором отвечали они.
Пошатываясь как сомнамбулы, они двинулись к порту, при этом, тот, что был с красной татуировкой, по-прежнему держал в своей руке дарикову саблю.
«Ну, уж нет!» — метнувшись вперёд, полукровка схватил моряка за руку, выкрутив из его вялых пальцев своё имущество.
Ощутив в пальцах гладкую рукоять, Дарик почувствовал себя разом увереннее и с этой уверенностью он обернулся к своему спасителю, оказавшимся уже знакомым ему хафашем из духана. Он узнал его по воинственной квадратной бородке, с тщательно выбритым волосом под нижней губой и на усах (видно чтобы в крови не пачкались). Они стояли на пустой дороге вдвоём — дух Эфеби когда-то успел исчезнуть, просто растаяв в воздухе без всякого следа.
— Что на тебя нашло, смертный?! — Без перехода накинулся на Дарика кровопийца, с гримасой негодования на сером лице. — Ты вёл себя так, словно воочию увидел Шайтана!
Борагус открыл рот, собираясь оправдаться, с трудом выдавил из себя пару бессвязных звуков и закрыл его. Говорить о являвшемся к нему призраке улле почему-то совсем не хотелось. Простые люди его точно не видели и не факт, что могли видеть хафаши. Вампир неожиданно шагнул вперёд, наклоняясь к шее Дарика и с шумом втягивая крючковатым носом воздух.
