Рея Клер Лейтон, новая хозяйка Мердрако, бросила украдкой взгляд на угрюмые останки древних башен, от которых не осталось почти ничего, кроме хрупких каменных оболочек, дырявой скорлупой окружавших витые лестницы, уходившие круто вверх, к сторожевым площадкам, которые темными силуэтами угрюмо высились на фоне ослепительно синего неба. Эти суровые башни все ещё были напоминанием о величественном средневековом замке, построенном в одиннадцатом веке суровым нормандским бароном. Тот явился сюда, чтобы навсегда закрепить за собой этот клочок земли, который он в жестокой схватке отнял у побежденных саксов. И возведенный им на вершине скалы гордо поднялся замок Мердрако. Неприступной твердыней застыл он, со всех сторон защищенный острыми ступами окрестных скал.
Вначале замок представлял собой одинокую деревянную башню, обнесенную обычным частоколом. Но шли годы, и вскоре Мердрако превратился в мощную крепость с высокими пушечными бойницами, надежно укрытую каменной стеной толщиной не менее пятнадцати футов, с тяжелыми воротами и сторожевыми башнями по бокам для защиты от внезапного вторжения, закрывавшими единственный вход через окружавшие крепость крепостные валы и неприступные бастионы.
Проходили столетия, уже давно исчезла угроза того, что кто-то нападет на замок, утихли бури гражданских войн и постепенно отпала надобность в неприступной твердыне, которая подобно хищной птице по-прежнему гордо высилась на скале. Порывистые, холодные ветры неумолимо делали свое жестокое дело, и то, что не удалось сделать пушкам и катапультам врагов, некогда осаждавших Мердрако, сделала суровая стихия. Скоро и хозяева замка пришли к мысли, что нет больше нужды мириться с жизнью в столь суровом и неуютном жилище. Впрочем, все оставалось по-прежнему до той поры, пока Гилберту Лейтону, шестому эрлу Сэндрейку, не был пожалован титул маркиза Джейкоби.
И вот некогда гордое орлиное гнездо — величественный средневековый замок Мердрако был разрушен до основания — и не полчищами врагов, а всего лишь простыми каменщиками. Был приглашен известный архитектор и под его руководством каменщики, штукатуры и стекольщики вместе с целой армией рабочих превратили останки замка в великолепный помещичий дом эпохи Тюдоров, окруженный просторными конюшнями и увенчанный огромными каминными трубами, с бесчисленными высокими окнами и прочные стенами, арками и внутренними двориками, украшенными мастерски выполненным каменным резным орнаментом.
И вот все, что осталось от некогда величественного средневекового замка гордого нормандского барона — это лишь две старые сторожевые башни, застывшие в своей суровой красоте на пустынном берегу, как безмолвный памятник Раулю Сен-Дре, безжалостному барону, в незапамятные времена покорившему этот пустынный берег. Они по-прежнему служили всем местным жителям мрачным напоминанием об их первом владыке и предостережением тем безумцам, кто посмеет угрожать гордому семейству Лейтонов.
— Ну, что ты о нем думаешь? — настойчиво спросил Данте, как только они взобрались по пологому склону небольшого холма и он уже в который раз натянул поводья, чтобы снова бросить жадный взгляд на стены родного дома, где он когда-то родился и вырос.
Конечно, дом ничем не напоминал Камаре, подумала Рея. Ничего общего с её родным домом с его величественным парадным входом и портиком в классическом стиле, от которого по обе стороны здания высились оба крыла из старинного камня цвета спелого меда. Мердрако выглядел так, как и положено старому дому, который хозяева покинули на долгие пятнадцать лет. Но как ни странно, было в этом заброшенном месте какое-то неуловимое очарование. Зеленые ветки плюща плотной завесой укрывали стены дома, а потрескавшиеся стволы вековых деревьев были сплошь увиты вьющимися розами. Тут и там высились кроны старых тисов, а заросли ежевики и сорная трава плотным ковром покрывали неровную площадку, где некогда был сад.
Старый дом выглядел печальным и заброшенным. Придет ли когда-нибудь день, когда веселые детские голоса будут эхом разноситься под сводами пустых залов, а ароматный дымок станет подниматься из высоких каминных труб, медленно растворяясь в холодном воздухе? Рее внезапно показалось, что старый дом жалобно молит её о чем-то. И ей внезапно нестерпимо захотелось как можно скорее впустить солнечный свет туда, где много долгих, одиноких лет царили лишь мрак и холод.
Данте, который следил за женой встревоженным взглядом, почувствовал, как все его страхи мгновенно исчезли под ласковой теплотой и нежностью, сиявшей в её глазах. Вне всякого сомнения, ей понравился его дом.
— Знаешь, Данте, я даже и мечтать не могла, что у нас с тобой когда-нибудь будет такой замечательный дом! — мягко сказала она, мысленно представив себе, каким он станет, когда в нем воцарится любовь и счастье.
