— Нет, только не я, — покачала головой Дора, встряхивая креветок прежде, чем добавить в кипящее вино взбитые яйца и свежее масло. — Думаю, лучше всего не вдаваться в детали. Просто скажи, Сэм, что у нас теперь небезопасно. В трактире постояльцы и для них же лучше в этот раз не оставлять у нас свой товар. Больше им ничего знать и не нужно, — предложила Дора, умоляюще взглянув на мужа.
— М-да, боюсь, это все, что я могу. Не хотелось бы мне, чтобы его милость столкнулся с этими мерзавцами, да ещё если с ними будет Джек, — пробурчал Сэм, чувствуя себя так, словно сидит на бочке с порохом.
Огромное полено, горящее в камине, с грохотом рухнуло, разбрасывая целый сноп искр, и Сэм Лэскомб проводил его недовольным взглядом. Он, не отрываясь, следил за пляшущими в очаге языками пламени, пожиравшими сложенные кучкой сухие дрова. Пора подкинуть другое полено, не то огонь потухнет, решил он. За его спиной послышался скрипучий и кашляющий звук, это на лестнице пробили часы и Сэм бросил боязливый взгляд за окно, где сгустились ночные тени. Несмотря на то, что старик все-таки улучил удобный момент, чтобы шепнуть контрабандистам пару слов украдкой, тем не менее он опасался самого худшего.
Опасность, казалось, витала в воздухе. Сэм хмуро оглядел группу беспечно смеявшихся людей, которые удобно устроились за одним из столов. Те, уютно расположившись у огня, наслаждались изысканным ужином, будто ничто в целом свете им не угрожало.
Жалость какая, внезапно подумал Сэм, на редкость славные они люди. Высокородные дворяне, другие на их месте слова доброго никому не скажут, а эти совсем не такие. Что же до молодой маркизы — о, она настоящая леди! Всегда заметит, как постаралась Дора, и спасибо лишний раз не забудет сказать, а уж чтобы на служанок своих когда голос повысить — Боже упаси! Чем-то она смахивала на покойную маркизу, леди Элейн тоже была на редкость милая леди. Сэм украдкой взглянул на Рею и в который раз восхитился её красотой. Одетая в бледно-желтое, украшенное цветами платье, она была прелестна, тяжелые волосы, повязанные лентой, золотистым плащом укрывали плечи и бедному Сэму в тот момент она показалась богиней. А когда нежная улыбка на её губах стала шире и Рея весело расхохоталась, он почувствовал, что немного завидует в душе чистой совести, что позволяет ей так безмятежно смеяться. И добрый старик бесхитростно пожелал, чтобы молодой маркизе никогда в жизни не довелось испытать того, что выпало на долю ему самому.
Вздохнув, он перевел взгляд на маркиза Джейкоби и удивленно покачал головой, до сих пор не в силах поверить, что человек может так измениться. Да, он по-прежнему был дьявольски красив с этими глазами цвета светлого серебра и классически правильными чертами, но взгляд его глаз стал пристальным и тяжелым, будто они привыкли годами вглядываться в горизонт в поисках врага, а лицо бронзовым от загара за многие годы, проведенные под палящими лучами солнца, в то время, как он следил за парусами корабля, в которых весело плескался свежий ветер. Да, Данте Лейтон здорово изменился. Теперь это был богатый и уверенный в себе человек.
Да, славные, хорошие люди, печально думал Сэм, прислушиваясь к царившему за столом веселью. Он заметил, как двое мальчишек то и дело украдкой таскали еду друг у друга с тарелок, когда им казалось, что никто на них не смотрит. А брат молодой маркизы, лорд Как-его-там, тоже красивый молодой человек. Ах, какая честь для «Могилы Епископа», что наследник герцогства, как простой человек, пьет и ест под его крышей! Мистер Марлоу тоже очень достойный джентльмен, тихий, но нрав у него горячий и всегда кажется, будто он привык быть настороже.
— Ах, мистер Лэскомб, что это вы придумали, — воскликнула Рея, восхищенно разглядывая огуречно-зеленого дракона, гордо восседавшего посреди гигантского блюда. Он был так тяжел, что Сэм пришлось самому внести его. Все сидевшие за столом были потрясены.
— Просто великолепно, — задохнулась Рея, не в силах оторвать глаз от этого шедевра кулинарного искусства.
Дора Лэскомб горделиво улыбнулась. — Так приятно, что вам понравилось, миледи, — вспыхнула она и, искоса взглянув на Данте, поправила на голове свой лучший чепец, — Я сделала его в честь возвращения лорда Джейкоби в Мердрако, а также в честь всей их семьи, — добавила она с вызывающим видом. Обменявшись беспокойным взглядом с застывшим в углу Сэмом, она направилась к дверям, а заметившие это Алистер и Френсис тревожно переглянулись. Во всем этом было что-то не понятное.
