Но лишь Сэму Лэскомбу, который в эту минуту появился в комнате, босой, в измятой ночной сорочке, удалось уладить это дело — и довольно удачно. Он возник в дверях, словно привидение, с огромным мушкетом, причем ни у кого не оставалось ни малейших сомнений в том, куда будет направлен первый выстрел.
— Клянусь своими потрохами, в такой толпе не отличишь друга от врага! Эй, ребята, трактир закрыт. Можете прийти попозже. А вы, джентльмены, решайте свои споры в другом месте, но не здесь и не сейчас, — заявил он решительно, поводя мушкетом из стороны в сторону. Вид у него был довольно заспанный и даже видавшие виды бандиты почувствовали себя неуверенно. В такой тесноте пуля не выбирает.
— Помоги Френсису, — велел Данте. Алистер не заставил себя просить и склонился над раненым. Передав Рее один из пистолетов и сунув другой за пояс, он подхватил Френсиса и осторожно помог ему встать на ноги.
Поддерживая его подмышки, Алистер вывел раненого из комнаты, Рея торопливо последовала за ними. Она бросила взгляд назад, чтобы убедиться, что Данте идет за ней, но волноваться не было нужды — Хьюстон Кирби позаботился об этом и держал дверь под прицелом, пока не убедился, что капитан в безопасности.
Джек Шелби в бессильной ярости следил, как высокая фигура его врага растаяла в темноте, все ещё чувствуя на себе немигающий взгляд этих ледяных глаз. Между ними все было предельно ясно — они ещё встретятся и только одному из них суждено уцелеть.
Мы только вырвали у змеи жало, но не прикончили её.
Шекспир
Френсис Доминик скорчил недовольную гримасу, когда жгут туго стянул ему плечо. — Поаккуратней, Кирби, руку оторвешь, — проворчал он, стараясь взглянуть, что тот делает. Увидев, как багровое пятно пропитало белоснежное полотно повязки, он сглотнул и в душе порадовался, что сидит. Вид собственной крови напомнил ему, что он был на волосок от смерти.
— Ну, ну, лорд Френсис, это всего-навсего небольшой порез, он вам не доставит никаких неприятностей. Клянусь, вам ещё крупно повезло, что Джек Шелби дал маху, не то бы мы сейчас ломали голову, что делать с вашим телом, — подбодрил юношу Кирби с такой уверенностью в голосе, что Френсис невольно почувствовал, как боль в раненой руке стихла, словно по волшебству. Как раз этого и добивался хитрый дворецкий. Именно этого, ну, и конечно, чтобы её милость чуток успокоилась, ведь она хлопотала над братцем, будто встревоженная наседка. Вот и сейчас она склонилась над его забинтованным плечом, придирчиво разглядывая повязку. Кирби невольно спохватился, что его пациент — сын и наследник герцога Камаре.
— Так вот он какой, Джек Шелби, — прошептал Френсис, бросив скептический взгляд на столпившихся вокруг друзей. — Если бы я знал об этом до того, как вошел, то не стал бы тратить время на разговоры, а сразу бы пустил в него пулю. Боже, но ведь он ещё опасней, чем о нем говорят, — он покачал головой, — Ведь он пристрелил бы меня, не моргнув глазом. И его бы не остановило даже то, что за меня непременно отомстят? Неужели ему не пришло в голову, что я могу быть не один? — удивился он. Похоже, этот Шелби ничего не боится! Но почему, недоумевал Френсис.
— Он помешанный, — пробормотал Кирби. Вытащив нож, который по-прежнему торчал у него за поясом, он быстро надрезал край жгута. Туго затягивая его, он представил себе, что это веревка на шее проклятого Джека Шелби и мрачно осклабился.
— Нет, Кирби, ты ошибаешься. Вовсе он не помешанный. Просто уверен в собственной власти, — перебил его Данте, который удобно устроился в кресле поодаль, — Именно эта уверенность в собственной безнаказанности и делает его дьявольски наглым, и порой он даже забывает о собственной безопасности. По крайней мере, я очень на это рассчитываю.
Рея, успокоившись, что Кирби явно знал свое дело и что непосредственная опасность уже не грозит брату, перестала сверлить его взглядом и оглянулась на Данте.
— Где ты был? — тихо спросила она, Я проснулась оттого, что тебя не было и забеспокоилась. Куда ты ходил7 — взволнованно продолжала она, успев заметить и толстый слой грязи на его сапогах и зеленые пятна, оставшиеся на коленях. Эта зелень напоминала плесень, густым слоем покрывавшую валуны на развалинах замка. — Я волновалась, Данте.
Лейтон вскочил на ноги. Он привлек её к груди и почувствовал дрожь, которая до сих пор сотрясала её хрупкое тело. — Ради Бога, прости, я вовсе не хотел тебя испугать. Я ходил в Мердрако. Мне нужно было отыскать доказательства, что контрабандисты действительно используют одну из дозорных башен, чтобы подавать сигнал кораблям. Я надеялся поймать их на этом, — признался он, заранее догадываясь о том, что она скажет.
