– А вот в страхе перед колющими и режущими предметами, способными нарушить целостность вашей плоти, Фрейд усмотрел бы подавленный страх близости с мужчиной. Между проникновением иглы под кожу и проникновением полового члена во влагалище для фрейдиста нет никакой разницы. Возможно, в этом и правда нет разницы. Но определенная связь в вашем случае есть, вы не находите? Иначе почему бы эта фобия стала тесно связана с «феноменом Яна»?
То Ян попадается вам в темноте, то Ян сам выключает свет, а следом вы чувствуете уколы по всему телу. Знаете почему? Потому что вы боитесь его и самой мысли о близости с ним. Все страхи обычно сливаются в один. Ясно ведь, почему вы потом не нашли никаких следов. Никто не колол вас. Это мозг обманул нервную систему, чтобы спугнуть, просигнализировать о мнимой опасности. Подавленное либидо единственно верным образом среагировало на мысль о физической близости с симпатичным мужчиной, мысль вполне естественную, когда оказываешься в темном замкнутом помещении с лицом противоположного пола. Я думаю, у вас и в этой области может обнаружиться травма. Она может оказаться как безобидной – некогда неудачный сексуальный опыт, так и тяжелой – например, растление или изнасилование.
Браль замолчала, рассматривая Фаину, но девушка ничего на это не ответила, не выказала и малой эмоциональной реакции, хотя затронутая тема была довольно щепетильна. Она на многое реагировала вот так, словно это ее не касалось, проходило мимо нее. Будто она глядела на себя от третьего лица.
«На двести процентов шизоид, – подумала Инесса Дмитриевна, – до костного мозга, до лимфоузлов».
С этой девушкой все вышло гораздо хуже (и в то же время лучше), чем она полагала, и с каждой беседой ситуация усложнялась. Двумя неделями не обойтись, но выбора не остается. Одной из них придется вернуться к рутинной работе со скучными пациентами, которые в жизни не ощущали ничего сложнее комплекса неполноценности, потому что в детстве их не похвалила мама; другой надо возвратиться в обыденный мир и притворяться обычным человеком, подавляя свою истинную суть.
Женщина несколько раз призналась, что работать с Фаиной – бесценный опыт, который редко выпадает психотерапевтам. Она пребывала в неугасимом восторге от непосредственности пациентки, фантазия которой оказалась настолько сильна, что легко преображала реальность – детально и подробно, не забывая о мелочах, чтобы все выглядело правдоподобно даже для человека извне.
Внутри Фаины таилась огромная сила, стремящаяся вырваться наружу и переделать все вокруг на свой вкус. Где-то здесь пролегала зыбкая граница между вымыслом и реальностью, символами и объектами. Браль понимала это и попыталась объяснить:
– Подводя один большой итог, могу сказать следующее. Первое и самое главное, что вам нужно вбить себе в голову: то, что вы психастенический шизоид с чертами инфантилизма, нарциссизма и аутистического расстройства, не означает, что ваша жизнь кончена. Скорее всего, вы такой родились, а теперь обязаны научиться жить с этим. Поверьте, если диагноз легко поддается научной классификации, то все не так уж страшно. Мы хотя бы знаем, что с вами, а это уже полбеды. Примите себя. Вы –
Теперь о фантазии. Ваш неординарно мыслящий мозг, Фаина, генерирует множество интереснейших вещей и явлений, дополняя скудную реальность, в которой вы обрекли себя жить. Он достраивает «картинку» в соответствии с вашими желаниями и тягой ко всему сверхъестественному, мистическому, непознанному. Вам не хватает впечатлений и эмоций, поэтому внутри вас запустился механизм, который сам их придумывает. Придумывает столь изящно, что они кажутся такими же настоящими, как силуэты, которые вы видите там, где их нет. По-моему, это гениально. Я почти никогда с таким не сталкивалась, и, по правде говоря, меня это поражает.
– То есть вы хотите сказать, я не схожу с ума, а от скуки додумываю реальность? Разве это не одно и то же?
– Вовсе нет. Но пойдем по порядку и постараемся расставить все на свои места. Самое главное. Ян. За эти две недели о нем было рассказано едва ли не больше, чем о вас. Я никогда не видела этого человека, но ясно себе представляю, кто он такой и как выглядит. Да, Фаина, я уверена, что Ян – обычный человек. Он не виноват в том, что вы видите вещи там, где их нет, и почти разучились отличать фантазию от реальности. При парейдолии обманывает зрение, но ваше воображение проделывает тот же самый трюк. Скорее всего, вы не отдаете себе отчета в том, что влюблены в Яна или сильно увлечены им. Его недосягаемость (реальная или надуманная) заставляет демонизировать его образ. В соответствии с вашим темпераментом и психотипом вам легче представить себя рядом с демоном, нежели с обычным мужчиной.
