В общем, нет. Вариант убийства я откинул быстро, практически сходу. Пусть подобными гадостями кто-то ещё занимается, у кого ни совести, ни любви к котикам нет. А я не стану.
Однако это не снимало вопрос о том, что делать дальше. В общежитии, к слову, домашних питомцев держать запрещено. А судя по тому, какую тягу испытывает ко мне этот переделанный кот, в моей комнате он будет появляться регулярно. И если я хочу прекратить кражу чужой еды, придётся его так же регулярно кормить. А, между тем, ни Федя, ни Андрей не знали, чем кормить котов, изменённых Тьмой. Впрочем, даже с обычным котом мы бы испытали определённые трудности.
Нет, колбасу-то он ест, и сгущёнку трескает, и чай пьёт… Но я почему-то уверен, что ему это неполезно. Особенно чай со сгущёнкой.
И словно в подтверждение этих мыслей, теневой кошак, не просыпаясь, шумно испортил воздух.
— Обжора недоделанный… — буркнул я.
В какой-то момент держать окно мне надоело. Убедившись, что, если отпустить ручку, оно больше и не думает открываться, я перелез на кровать и продолжил размышлять о своём госте. За этими мыслями уставший мозг как-то совсем расслабился, глаза закрылись, и я не заметил, как уснул. А когда проснулся утром — кота на шкафчике уже не было.
Но я был уверен, что ночью он снова появится в моей комнате. Если, конечно, мне не удастся придумать, как заблокировать окно. Вот только делать этого я не собирался. В конце концов, этот кот — убийца, подосланный Тьмой лично ко мне. А значит, мне с ним и разбираться.
Короче, надо было решать вопрос с кормёжкой, а заодно налаживать отношения. И всего через десять минут я уже сидел в комнатке смотрителя, куда заглянул по пути на утреннюю пробежку. Ну а Семён Иванович ругался на чём свет стоит:
— Федя, с животными в общежитии нельзя!
— Так я и без животного… Оно само завелось! — гнул свою линию я. — Прибилось, можно сказать, в обитель науки…
— А теперь пускай из нашей обители проваливает! — не оценил смотритель.
— Так оно уже прижилось!.. — напомнил я.
— Ну а кормить-то его зачем⁈ — возмутился смотритель. — Глядишь, если не кормить, оно и само свалит кудай-то.
— Да никуда оно не свалит… — отмахнулся я. — Оно же самостоятельно по холодильникам шарится. Забыли?
— Но правила же! Нельзя! — жалобно закряхтев, напомнил смотритель.
— Ну можно же исключение сделать! — ухватившись за слабину, начал давить я. — Исключительно под вашим, Семён Иванович, бдительным присмотром.
— Под моим присмотром… Федь, ты меня под монастырь подведёшь! — смотритель расстроенно откинулся на спинку стула. — Ты ведь кому предлагаешь правила нарушать? Мне! Мне, тому, кто поставлен за ними следить! Безобразие…
— Полное! — согласился я. — Полностью с вами согласен: одно сплошное безобразие.
— Ну вот, ты и сам видишь, — рановато успокоился смотритель и тут же пропустил коварный удар от меня:
— А вы это безобразие остановить или предотвратить можете?
— Да как я это сделаю⁈ — опять расстроился Семён Иванович.
— Так и не надо! — обрадовался я и щегольнул мудростью из мира Андрея. — Не можешь предотвратить безобразие? Возглавь!
— Что? — смотритель непонимающе захлопал глазами.
— Возглавьте, говорю! Безобразие это! Всё равно оно уже творится на вверенной вам территории. А тут вы его возьмёте в руки, приведёте в соответствие с правилами… Ну, насколько это вообще возможно! — я радостно улыбнулся.
— Бред… — покачал головой Семён Иванович.
— Не, ну почему сразу бред-то? Смотрите сами! С одной стороны, у вас и без того по общежитию неприкаянно шатается изменённый Тьмой кот. Ворует еду, портит имущество, пугает жильцов… — принялся убеждать я. — А так у вас будет всё тот же кот, но прикормленный и брезгующий грабежом. Он же будет сыт и доволен!
— Откуда ты-то знаешь, что он с грабежом завяжет? — удивился смотритель. — Может, он привык уже, втянулся в криминал…. И теперь будет просто из любви к грабежу грабить.
— Да с чего⁈ Он же кот! Он просто этот… Белок ищет! — снова козырнул я тайными знаниями из другого мира. — Нельзя его за это винить! Накормить его мясом каким-нибудь, он и успокоится! Будет дрыхнуть сытый, как все нормальные коты… И ненормальные тоже.
— Мясом! — передразнил меня Семён Иванович. — Кормом, Федя! Кормом! Никакого мяса! Сухой корм и доступ к воде. Ещё не хватало, чтобы в общежитии тухлые заначки мяса по углам валялись…
— Да где этот корм взять-то? — расстроился я.
Притворно, конечно, расстроился. Знал я, где брать корм, вот только сам бегать за ним не очень хотел. Да и как его незаметно проносить в комнату?
— Я все куплю… — Семён Иванович отвлёкся, потому что на столе завибрировала оставленная им трубка. — Извини… Это срочно, видимо…
— Конечно! — кивнул я.
— Приветствую, Мария Михайловна… Как раз тут, рядом! Нужен?.. Ага, понял, передам! Всего хорошего! — Семён Иванович посмотрел на меня. — Проректор звонила. К тебе там следователь приехал из полиции. Быстренько переоденься поприличнее, а потом дуй в кабинет Малой.
— А что с кормом-то? — напомнил я.
— Да куплю я всё… И в комнату тебе отнесу… Беги давай!
