Беломорский не сказал ничего, лишь молча пожал руку. У меня вообще создалось ощущение, что он меня недолюбливает и терпит, скорее, из необходимости. Впрочем, это не удивляло: вполне характерно для знатных детишек, собравшихся в училище. А что я неродовитый, было известно всем.
Пока стояли, я успел высмотреть Авелину Покровскую. Она, как обычно, держалась отдельно, почти достоверно изображая каменную античную статую. Но я-то точно знал, что ей здесь всё интересно и в новинку. Впрочем, если носишь одно выражение лица почти десять лет — избавиться от него будет сложно. Даже если за тобой никто не наблюдает.
Вскоре в нашем небольшом обществе началось оживление. Юноши и девушки, разбившиеся на группы и что-то обсуждавшие, потянулись к Васе и начали вручать подарки. А я, наконец, сумел приметить на будущее, что у аристократов принято вручать звезде вечера.
Чаще всего дарили украшения. Причём насколько я мог оценить издалека — из золота, с драгоценными камнями. Самое дешёвое, что удалось заметить, стоило рублей сто, не меньше.
Впрочем, я не настолько разбирался в ювелирке, чтобы на глаз определить точную стоимость. По весу — да, наверно, рублей сто, но ведь в этом вопросе ещё и клеймо мастера влияло… И подчас наверняка стоило дороже материала.
На втором месте были — чипы! Да-да… Мне пришлось даже уточнить, что это, потому что вначале было непонятно. От Беломорского я получил полный презрения взгляд, а от Ямского объяснение:
— А это электронные подарочные наборы в ту или иную лавку! — пояснил он. — На них уже какую-то сумму денег внесли, а, кроме того, с этим набором скидка будет, ну и всё такое…
В общем, это был аналог подарочных сертификатов из мира Андрея. С одной стороны, удобно, но, как пояснил Ямской, непрестижно. Потом же Вася посмотрит, кто сколько и куда накинул — ну и относиться будет соответствующе. В общем, «ювелирка» обошлась бы дешевле.
Полезных и символических подарков было мало. При этом, к Васиной чести, я не могу сказать, что она их как-то плохо воспринимала. На какую-то мудрёную головоломку Саши Емелина девушка отреагировала не хуже, а может, даже и лучше, чем на золотое колье от незнакомого мне парня с прилизанными волосами и печатью снобизма, которая даже на затылке, кажется, светилась.
Возможно, мой автобусный собеседник и вправду угадал с интересами Васи. Но, скорее всего, она просто была очень хорошо воспитана.
Наша четвёрка «дарителей» шла последней. Как объяснил Пскович, это потому что наш подарок большой, и его придётся отдельно выгружать. Когда мы подошли, слово от нашего лица взял Ямской. А в это время грузовичок медленно, под бдительным приглядом булатовских охранников, откатил от забора, приблизился и остановился.
— … Ну и наш маленький подарок! — закончил длинное поздравление Ямской.
Вовремя, к слову, потому что все уже конкретно заскучали.
— Маленький? — полным сарказма голосом уточнила Вася, окинув взглядом грузовик.
Ямской, похоже, растерялся, а я как-то сам не понял, как вмешался и помог ему:
— Пока что да, маленький… Но со временем будет намного больше!
— Да-а-а-а? — протянула девушка, а потом втянула носом воздух и просветлела лицом. — Открывайте!.. Давайте-давайте! Открывайте!.. Хватит тянуть уже!..
Ну мы с Ямским и открыли, раз уж оказались ближе всего к кузову. Когда из темноты выглянул молодой красивый жеребёнок, цвета кофе с большим количеством молока, Вася открыла рот и, кажется, даже едва слышно запищала. А потом ломанулась к грузовичку, бодро переставляя высоченные каблуки изящных туфелек.
И ни разу не споткнулась, к слову. Уважаю…
— Да куда ты, Вася? — захохотал светловолосый родственник.
Но Василиса его вопрос проигнорировала.
— Как? Как его зовут⁈ — залезая в кузов, обернулась она к нам.
— Никак! — ответил Ямской. — Маленький слишком.
— Дорогие гости! — родственник Васи повысил голос, привлекая к себе внимание. — Тут кто-то слишком уж хорошо изучил увлечения сестры… Так что пока я вместо неё побуду радушным хозяином! Ещё…
Он глянул на сестру, которая в этот момент о чём-то ворковала с испуганным жеребёнком, пятившимся от неё в глубину кузова.
— Пятнадцать минут! — отозвалась Вася на его немой вопрос.
— … На пятнадцать минут! — кивнул её брат. — Проходите за мной! Не будем стоять здесь, поскольку внутри нас ждёт превосходный банкет. Выступление начнётся через час, так что времени нам с избытком хватит.
И мы все двинулись ко входу в феатрон.
Банкет мне не понравился. Это было довольно пресное мероприятие, хоть и с необычными закусками. А вот место, где он проходил — заинтересовало.
Нас провели отдельным ходом на балкон, дальний край которого едва не упирался в сцену, где будет проходить выступление. Сам по себе, балкон оказался огромным: помимо прочего, там умещалась и лавка с закусками, и стойка кабака, где можно было взять выпивку, и высокие столики, чтобы есть стоя. А ещё имелся небольшой уклон, поэтому увидеть сцену можно было практически от входа.
