— Пойду-ка к Рону и Гермионе, — сказал он, решив быть кратким.
— Я тоже, — Драко встал и тоже пошел за своей уже высушенной одеждой.
«Ладно, более-менее получилось», — подумал Гарри, сильно сомневаясь, что Драко и правда собрался поболтать с лучшими друзьями Гарри. Скорее, Гарри подразумевал, что хочет поскорее убраться из Больничного крыла, и Драко был с ним в этом совершенно солидарен… Или, может быть, он сказал, что тоже пойдет на чары, потому что Рон и Гермиона должны быть как раз там.
— Профессор Снейп, я правда извиняюсь, — искренне сказал Гарри уже в дверях, сосредоточившись на стыде, который испытал во время последней отповеди профессора. Покраснев, он подумал о том, что тот говорил тогда на самом деле. Потом его осенила новая мысль, и краска отхлынула от его лица. Неужели Снейп всегда, когда кричал на Гарри за опасные выходки, думал о Лили Поттер и ее жертве? Не потому ли он постоянно звал его балованным, ленивым и глупым? Он легко мог представить, что Снейп именно так и думал, раз у него были такие основания.
— Ты только так говоришь, — ответил Снейп. — Но дай тебе пять минут, и ты упадешь на самый острый предмет в комнате. Если тебе понадобится на полной улице волшебников узнать дорогу, ты найдешь там единственного Пожирателя смерти.
Гарри покачал головой, не зная, что ответить — в основном потому, что не представлял исходного содержания речи, но еще потому, что его удивило, насколько у Снейпа смысл расходится со словами. Профессор Снейп, осознал Гарри, буквально никогда не говорил то, что подразумевал, а Гарри и Драко — только время от времени.
— Я буду очень осторожен, — повторил он раздельно, надеясь донести свою мысль. Потом отправился на урок чар, который уже успел начаться.
========== 2. Глава про секс ==========
Гарри очень осторожно шел по коридору. Ему хотелось рассказать Рону и Гермионе, что случилось с ним и Малфоем, но не хотелось случайно наткнуться на кого-нибудь еще, кто мог бы догадаться о произошедшем.
Опасность унижения помогла ему тихо и скромно добраться до класса чар и проскользнуть на свое место рядом с Гермионой.
— Гарри, где ты был? Я волновалась! — тихонько воскликнула она.
Гарри пристально следил за ее губами и отметил, что она проговорила именно эти слова.
— Потом расскажу, — негромко ответил он. — Длинная история.
— Опять чуть не умер? — буднично поинтересовалась Гермиона.
Гарри резко на нее оглянулся, но понял, что она точно не могла этого сказать. Черный юмор определенно был не в ее характере, и, кроме того, он сомневался, что она смогла бы задать такой вопрос настолько обыденным тоном.
— Эм… — Так, на лице у нее тревога — она просто переживает. Что там надо говорить, когда она беспокоится? — Не… не переживай, Гермиона. Все будет нормально…
Теперь, когда он наверняка узнал о ее страхах, отмахнуться от нее было намного сложнее.
— Ну да, — едко сказала Гермиона, — если послушать, с какой уверенностью ты это говоришь…
— Правда, — заверил он ее, от души радуясь, что Гермиона, в отличие от Снейпа и Драко, не способна услышать за его словами правду. — Все будет нормально.
Смягчившись, она вернулась к своему конспекту.
— Знаешь, ты много пропустил.
— Одолжишь конспект?
— Разумеется, хотя меня до визга бесит подтягивать хвосты за тобой и Рональдом.
Гарри искоса посмотрел на Гермиону. Взбешенной она точно не выглядела — скорее, она казалась глубоко увлеченной уроком.
— Если тебе не нравится делать для нас конспекты и помогать с учебой, почему ты продолжаешь это делать?
Она странно на него посмотрела.
— Я не против помочь с учебой, — ответила она, и, похоже, это была правда. — Мне иногда даже нравится. Что же до конспектов и домашних работ, то вы ведь только ради них со мной общаетесь. Я учебники наизусть запоминаю, а ты решил, что я забыла первый курс? Люди не меняются, знаешь ли, — она снова тихо вернулась к работе.
Гарри ощутил нечто сильно похожее на удар под дых.
— Гермиона…
Она подняла на него спокойный взгляд.
— Гарри, я тут пытаюсь писать.
Он переписал у нее конспект прямо на уроке, чтобы не пришлось одалживать его позже.
После чар к их столу подошел широко улыбающийся Рон.
— Эй, Гарри! Ну как, разобрался с зельем?
— Не совсем, — уклонился от ответа Гарри, все еще чувствуя себя виноватым перед Гермионой непонятно за что. Не его вина в том, что она думала, или, точнее, ему так не казалось; но от этой мысли легче не становилось. — Остался как бы… побочный эффект.
И он им рассказал.
Рон и Гермиона обменялись безмолвными взглядами, словно общались способом, не нуждавшимся в словах. Наконец Рон открыл рот:
— Круто, — заявил он.
Гермиона отвесила ему подзатыльник, и Гарри понял, что он и правда это сказал.
— Нет, серьезно! — воскликнул Рон. — Можешь теперь следить за слизеринцами и узнавать их квиддичные маневры…
— Это не чтение мыслей, — сказал Гарри. — Можно только узнавать, что люди имеют в виду, когда они что-то говорят, то есть иногда это то, что они думают, а иногда — нет.
— То есть ты не слышишь, что я тебе сейчас говорю? — Рон задумался. — Ну и ну.
— Нет, — Гарри моргнул. — Эм… Рон, я тебя отлично слышу.
