В этот момент звонок оборвался, и я не успел ничего больше сказать. Впрочем, и того что сказал, было достаточно много. Честно говоря, сейчас, после этого разговора, я почувствовал некоторое облегчение на душе. Ведь фактически, эта свадьба была организована, чтобы скрыть Ирочкин позор. И сейчас рассказав о ее поведении отцу, я испытал некое удовлетворение от всего этого. А еще, уже после окончания разговора, вдруг задумался о том, что вряд ли правоохранительные органы, которые наверняка слышали всю нашу беседу, разрешат Валентину Хикматовичу, воспользоваться этими доверенностями. Наверняка именно сейчас, в мою бывшую квартиру, спешит сотрудник Госбезопасности, чтобы изъять эти документы. Боюсь после того, как это произойдет, тесть выскажет Иришке все что услышал от меня. И устроит ей праздник святого Иоргена, ну или какой-то другой. Почему-то в голову пришла именно эта мысль, хотя и не имеющая никакого отношения к происходящему.
11
В феврале следующего года, на пике биржевых цен, я съездил в Антверпен, город, который здесь считают столицей ювелиров. И можно сказать не прогадал. Привезенные мною ювелирные украшения, приняли с огромным удовольствием, и добавили некий коэффициент к стоимости, за счет так называемой исторической ценности, что принесло мне меньше того, что я ожидал в начале, но тем не менее достаточно существенные деньги. В итоге вышло почти сто пятьдесят тысяч долларов.
На моих руках осталась только та самая драгоценная фляжка, которую я так и не решился выставить на торги. Точнее говоря, я ее все-таки оценил, для чего пришлось выложить почти две тысячи зеленых спинок, все как положено, с мнением эксперта и предварительной суммой выкупа, которая равнялась почти восьмидесяти тысячам, только из-за идентичного эпохе вензеля самодержца, и каменьев которые пошли на украшательство этого сосуда. Сам же сосуд, как оказалось был сделан из платины, а не серебра. Но подумав решил оставить реликвию пока у себя. Полученная за реализацию драгоценностей сумма, конечно оказалась немного не той, на которую я рассчитывал, но с другой стороны, даже полученных денег, мне хватило для покупки трех среднетоннажных грузовиков, и найма водителей, в организованное мной предприятие, по перевозке грузов.
Вначале, на одном из грузовиков около трех месяцев, катался я сам, но чуть позже отказался от этого, потому что опыта подобных перевозок, у меня практически не было, а два других грузовика, порой приносили гораздо больший доход, чем я сам, хотя мои поездки оказывались вдвое более долгими, чем рейсы опытных водителей. В итоге, я нашел третьего водителя, и посадил его вместо себя за руль. И честно говоря, не пожалел об этом. Ежемесячно на мои счета приходило столько, что уже после примерно восьми-девяти месяцев работы с нанятыми водителями, я начал задумываться о покупке четвертого грузовика и отправки его на очередной маршрут. Одним словом, дела, пусть медленно, но верно шли в гору.
В какой-то момент, в мою голову пришла, замечательная, как мне показалось идея, касающаяся того, как повысить свое благосостояние. Правда для осуществления этого, потребовались долгие консультации с местными юристами, и адвокатом, обслуживающим мое предприятие и лично меня. Здесь, если ты имеешь собственное дело, то обязан и содержать знающего юриста. В противном случае, твое дело обречено на провал.
Идея заключалась в следующем. Учитывая то, что я знал точное местоположение спрятанных сокровищ, я решил, чем дожидаться пока в Союзе начнется перестройка, и я смогу лично приехать в Россию и забрать из тайника, еще какую-то часть находящегося там золота, гораздо проще, указать где находится клад, и довольствоваться честно заработанным двадцатипятипроцентным вознаграждением за сданный государству драгоценный металл. Учитывая, что в тайнике, находится, по меньшей мере сорок тонн металла стоимостью, даже если ориентироваться только на текущую биржевую цену, примерно в сто тридцать миллионов долларов, согласитесь, получить в виде вознаграждения порядка тридцати пяти миллионов, явно будет достаточно выгодно. А учитывая то, что даже с началом перестройки я смогу вывезти оттуда, ну максимум сотню-другую килограмм золота, то подобная сделка куда как более надежна и в плане обогащения и том, что смогу без особых проблем легализовать эти деньги.
Конечно помимо стандартной налоговой ставки придется заплатить двадцать процентов за НДС, от пяти до семи процентов страховых сборов, и порядка тридцати процентов налога за прирост капитала, в результате чего у меня может оказаться даже меньше половины, от вырученных средств. Но тут ничего не поделаешь, такие во Франции законы, и от них не убежишь. Зато это будут абсолютно легальные деньги, которые я смогу тратить, как мне заблагорассудится, не оглядываясь по сторонам, и не вздрагивая от неожиданного стука в дверь, или телефонного звонка, из налоговой инспекции.
