Ювелир же, как и вся его братия, любит работать с неучтенным металлом, который идет вне официального, и значит не может быть обложен налогами. Опять же, по его словам, песок, это далеко не слитки. Только при переплавке можно потерять до двадцати пяти процентов от общей массы. То есть из десяти имеющихся килограмм, остается всего семь с половиной, и это не считая примесей, на которые уходит еще как минимум десять, а то и больше процентов. И наконец, в-третьих, добытое в Гвиане золото имеет в своем составе медь и тантал, что снижает цену еще примерно процентов на десять. В итоге, только из уважения к моей теще, которая когда-то жила в соседнем с ним доме, и можно сказать знала его с самого детства, сошлись на шестидесяти пяти процентах от цены металла на торгах. Правда к этому времени мои мозги были забиты настолько, что я просто не в силах был уточнить текущую цену, и согласился на озвученную. В итоге получил двадцать две с половиной тысячи долларов. Причем долларов Канадских, которые на двадцать процентов дешевле долларов США. Но что-то менять было поздно. Да и в конце концов, я хотя бы получил это, а то честно говоря уже отчаялся вообще что-то с этого поиметь. А такая сумма, вполне прилична по здешним меркам, и прекрасно легла на долгосрочный вклад, предназначенный для получения образования сыну. Увы, здесь не СССР, где высшее образование бесплатно, но с другой стороны все что достается бесплатно никогда особо не ценится.
В Советском Союзе, куда я всегда посматривал со вниманием, все происходило точно также, как и в моей прошлой жизни. В конце восьмидесятых почил Михаил Андреевич Суслов, открыв знаменитую «гонку на лафетах», или как еще говорили — пятилетку пышных похорон. Потом, после нескольких проходных деятелей, ничего не добившихся во время своего правления, к власти пришел Михаил Сергеевич Горбачев, затеявший Перестройку. Одним словом, все шло к тому, что СССР очень скоро развалится и прекратит свое существование.
Мой бизнес основанный на грузоперевозках, уверенно пошел в гору, к середине восьмидесятых на трассах Канады и США раскатывали три моих грузовика, одним из которых управлял лично я. В какой-то момент, подумал о том, что возможно стоит сделать вторую попытку и раскрыть тайну захоронения золота Колчака, подарив его правительству России. Но хорошенько поразмыслив, понял, что это ничего не изменит. Те же Черненко и Андропов, больше боролись за свое здоровье и прожили после смерти Брежнева совсем немного. А Горбачев, фактически развалил страну, о чем во всеуслышание признался двадцать четвертого декабря 1991 года сказав: «Главное дело моей жизни — сбылось, я счастлив!». Слыша все это отдавать ему золото Колчака, я решил, будет кощунством, наверняка он разбазарит его точно так же как и страну. А других кандидатур на горизонте не было.
В первых числах 1991 года, я на удачу набрал номер бывшего тестя. По идее, Валентину Хикматовичу, к этому времени должно быть чуть больше шестидесяти лет, и я надеялся застать его еще живым. Увы, все оказалось совсем не так. Трубку подняла его жена Светлана Аркадьевна. Поздоровавшись, я представился, и мы вполне добродушно пообщались с этой женщиной. Правда она несколько удивилась, узнав, что я теперь живу в Канаде, а не во Франции, но я объяснил ей причину переезда, и она как мне показалось даже позавидовала этому. Во всяком случае, никаких претензий ко мне не предъявлялось, и судя по ее настроению, она даже была в какой-то мере рада моему звонку.
