— Какой смысл переться в такую даль и мерзнуть там, точно так же, как и здесь. Может лучше отправимся на Гавайи, как в позапрошлом году, или посетим Бермуды, до которых мы так и не добрались, хотя обещания я слышу практически ежегодно. — Говорила она.
В итоге, решили, что жена с сыном и дочерью отправятся на Бермуды, а я в свою Россию, раз уж у меня что-то там зачесалось, и мне так хочется туда попасть. Так в итоге и получилось и с разницей в пару дней мы отправились каждый в свою сторону, еще даже не предполагая, что видим друг друга в последний раз в жизни.
Перелет, прошел вполне нормально. Каких-то двенадцать с небольшим часов полета, и я приземлился в Москве. Оказывается, переезжать в другой аэропорт было не нужно, выданный мне здесь, заранее забронированный еще в Канаде билет, сказал о том, что до самолета осталось три часа, а вылетит он прямо отсюда из Шереметьево. Это меня обрадовало, и потому следующий час-полтора я провел, прогуливаясь по залу ожидания или сидя в местном ресторанчике. Вроде бы и аэропорт считался международным, а все равно чувствовалась в нем некоторая запущенность, что ли. Ну в сравнении с любым другим подобным заведением например в той же Канаде. Да и обслуживающий персонал, похоже до сих пор жил реалиями СССР, что-то у кого-то спросить или узнать, было практически невозможно. Либо на твой вопрос не обращали внимания, либо в ответ слышалась откровенная грубость, или хуже того презрение, мол я тут сижу, вся такая красивая, а меня какой-то идиот гастарбайтер смеет отвлекать от чего-то важного. Причем это касалось не только случайно встреченных людей, но и тех, кто обязан был выдавать справку по своим прямым обязанностям. Ну да, из-за редкого общения, я слегка подзабыл русский язык, и говорил с некоторым акцентом. Но ведь нельзя игнорировать свои обязанности только из-за того, что я плохо говорю по-русски. Я же не виноват, что в справочной не знают никакого другого языка.
Одним словом, здесь ничего не изменилось, и я уже начал потихоньку сожалеть, что поддался на свои настроения и отправился сюда, а не на Бермудские острова вместе с семьей.
Бизнес класс, самолета, в котором я летел в Омск, отличался от общего салона лишь тем, что между рядами кресел, было несколько большее расстояние, и его обслуживала своя стюардесса. Все остальное, включая старые пошарпанные кресла и пыльный плед, к которому было страшно прикоснуться и фантики из-под конфет лежащие на полу наверное с предыдущего рейса говорили о том, что ничего существенного не изменилось. Вдобавок ко всему, вдруг оказалось, что туалет салона первого класса не работает, и пришлось переться через весь самолет в самый хвост, где еще ждать своей очереди. Впечатления от перелета остались самые неблагожелательные. Еще и чуть не нарвался на грубость, когда перед приземлением, мне предложили оставить впечатления о перелете, подсунув какую-то слегка замызганную тетрадь, в твердой обложке.
— Вы, хотите услышать о себе очередную гадость недовольного пассажира? — спросил я на русском языке.
— Нет, но разве…
— Именно что разве. Такого паршивого сервиса, я не видел не только во Французской Гвиане, где на всю страну имеется всего один аэропорт, но даже на Гаити, где о таком понятии как сервис и не слышали вовсе! Однако же, даже там, в салоне самолета, перед его вылетом все же наводят порядок, в отличии от вашего гадюшника. — С этими словами я указал ей на пол, где явно просматривалась застарелая грязь и лежал какой-то мусор. — Вот мне и интересно, за, что я платил почти двойную цену билета? Чтобы лететь на помойном ведре?
У меня из рук с некоторым раздражением была выдернута поданная книга, в мою сторону брошена вполголоса, какая-то фраза, содержание которой я не расслышал, а стюардесса, выпрямившись окинула меня презрительным взглядом, и гордо покачивая своим тазом отправилась прочь.
Омск встретил меня достаточно ласково, но в самом городе, больших изменений я не обнаружил. Да, появилась пара новых жилых районов, немного перестроился центр города, но в целом все осталось по-прежнему. Старые дома, древние автобусы и потрескавшийся асфальт, временами просто отсутствующий напрочь. Появился и частный прокат автомобилей, но затребованные там деньги за аренду, никак не соответствовали предложенной рухляди, готовой развалиться на части уже за воротами автостоянки. Глянув на это непотребство, я развернулся, вышел из ворот и поймав такси, попросил отвезти меня на автовокзал.
