— Не вижу причин для беспокойства. Георг очень корректен, скромен, никуда не лезет.
— Да? А что он делал во внутренних горах?
— Гулял.
— И при этом так устал, что несколько часов лежал без движения?
— Ну, и что?
— Наш биоорганизм обладает огромным запасом прочности, он не мог разрядиться и превратиться в безвольную куклу, которую нашел капитан Хал.
— Хорошо, вынужден согласиться, тем более я и сам над этим много думал, но что из этого вытекает?
— Я думаю, Гора выходил.
— Что значит, выходил?
— А значит то, Люций, что пришелец покидал тело, отсутствовал несколько часов, а затем вернулся!
— Но это исключено конструктивно!
— Да. У всех исключено, а у него видимо разрешено.
— Но каким образом…
— Никто не знает, даже эксперты дали только предположительный вывод. Они обнаружили у Горы дополнительный энергетический центр. — Бруно достал из ящика стола несколько листов и протянул их канцлеру. — Это заключение наших экспертов. Нет никаких сомнений, Гора изменил конструкцию своего искусственного организма.
Гариль прочел бумаги.
— Вообщем-то, вы меня не сильно удивили, Бруно. С ним и раньше случались необъяснимые вещи…
— Но я не верю в чудеса, Гариль!
— Хм, я тоже не верил, только, похоже, чудесам нет никакого дела до того, верим мы в них или нет.
— Вы хотите сказать, что верите в чудеса?!, — Светлейший Бруно от изумления даже привстал.
— А что мне прикажете делать, если они происходили при мне?
— Но это глупости! Любое явление имеет объяснение, просто иногда не хватает знаний.
— Бруно, я с вами не буду спорить. Возможно чудеса, это то, что мы не можем объяснить, но почему их источником является существо, стоящее несоизмеримо ниже хоравов по развитию?!
— Хм. Объяснить трудно. Во всяком случае, пока. А что, Люций, у вас есть на этот счет своя теория?
— Да, есть. Пришелец действительно является неким орудием в руках господа…
— Или в руках иного разума!, — Торжествующе перебил его Коринни Фа. Заметив удивление канцлера, он спросил: — Люций, а разве вы не рассматривали такую простую версию?!
— Честно говоря, нет. — Голос Гариля звучал удрученно. Кажется, он начал понимать логику Бруно, но до конца согласиться с ней не мог. — Вы хотите сказать, что пришелец выполняет некую миссию?
— Да, именно это я имею ввиду.
— Но что за смысл в этом?
— Я думал над этим. Есть множество предположений, но ни одно не может быть исчерпывающим объяснением.
— Позвольте, Светлейший, я все же выскажу свое мнение.
— Слушаю внимательно, коллега.
— Во-первых, я не понимаю, что иной разум может искать в нас. Если он хочет нас завлечь в ловушку, то, что он от нас при этом желает получить: пустую планету, технологии, наши знания? …
— А если он хочет получить наши жизни?, — Перебил его Коринни Фа. — Вы напрасно думаете, что они не могут быть интересны…
— И чем же?
— Мы долгожители, я уверен в этом, это уникальный опыт, потом наши…
— Нет, Бруно, кому могут быть интересны древние души, от которых отвернулся бог?!
— Пусть отвернулся! Но мы без него жили тысячи лет, зачем он теперь вмешивается в наши дела?!
— Так выходит, что все-таки бог вмешивается, а не иной разум?!
— Ну, хорошо!, — Бруно откинулся в кресле, и некоторое время задумчиво перебирал щупальца. — Возможно, именно бог направляет пришельца, но тогда для чего: для помощи или ради наказания?
— Конечно, первое! Если бы он хотел наказать нас еще больше, то давно бы это сделал. Кстати, Бруно, а разве вы не читали прошлогодний прогноз экспертов совета?
— Читал, только не увидел в нем ничего нового.
— А оно там есть!
— Да, о чем вы говорите, Люций! Нет там ничего нового, пережевывают каждый раз старую жвачку…
— А вывод о старении?
— Чушь, с чего они это взяли?! Я внимания на эту чепуху не обратил.
— Напрасно. Вы же знаете, что в нашем мире ничего бесконечного не может быть. Поэтому и вечно бессмертными мы не можем остаться даже теоретически. Весь вопрос о сроке, и теперь он, кажется, определен, нам осталось не больше ста — ста пятидесяти тысяч лет!
— А что потом?
— Не знаю. Наверное, старость.
— Понятно, в новехоньких биорганизмах будут расхаживать старые маразматики.
— Да, возможно.
— То есть, канцлер, вы твердо уверены, что мы идем вслед за Святым Горой правильно?
— Да, светлейший, альтернативы, кроме угасания, нет.
— Что ж, будем считать, что мы пришли к общему мнению…
— Извините, Бруно, но я бы хотел спросить вас, что вы имели ввиду, спрашивая меня о власти?
— А, вы об этом? Я имел ввиду, что грядут перемены, и возможно вам, Люций, придется брать все полноту власти в свои руки. Теперь вижу, вы с этим справитесь, а я вас всячески поддержу.
Канцлер поднялся и поклонился. Он все понял, разъяснений больше не требовалось. Бруно тоже встал и многозначительно произнес:
— А с пришельца все-таки глаз не спускайте!, — И поклонился.
Канцлер участливо посматривал на лежащего на кровати Проквуста.
— Как себя чувствуете, Гора?
— Спасибо, уже неплохо. — Георг поднял руки, как бы проверяя их работоспособность. — Слабость почти прошла, теперь мне хочется есть.
