Поле боя на юге Владикавказа, виденное ранее с высоты десятиэтажного здания, теперь открывалось передо мной с совершенно другой стороны. С поверхности земли картина войны выглядела хаотичнее и почему-то жёстче. Земля под ногами была иссечена гусеницами танков, покрыта пеплом и залита кровью. Мёртвая растительность, редкие кусты и деревья без листвы казались безжизненными тенями на фоне этой жуткой панорамы.
Над головами проносились дроны, пулемётные очереди, а звуки артиллерийских залпов сливались в единую мешанину. Вокруг слышались крики солдат, команды офицеров, глухие взрывы. Воздух казался тяжёлым, словно сам пропитался отчаянием и яростью. С каждым шагом по неровной, изрытой земле я чувствовал, как вибрации от взрывов проходили по моим ногам, отдаваясь по всему телу.
Оценив ситуацию, я понял, что большинство врагов уже разбито. Тратить время на вражескую пехоту, которую теперь без особых проблем добивали наши солдаты и демоны, смысла не было. Мои бесы, захватившие бронетехнику, устроили настоящую кровавую баню, подавляя остатки сопротивления. Издалека слышались глухие удары танков, стрелявших по своим бывшим хозяевам, и вскрики врагов, попавших в ловушку.
Немного подумав и прикинув уровень подготовки вражеских спецотрядов, с одним из которых у меня была схватка только что, я приказал своим демонам отправиться в рейд по ближайшей округе, устроив полномасштабную зачистку. Недавняя битва под воротами императорского дворца дала нам немало трофеев — артефактных клинков стало как минимум вдвое больше, а мои демоны приобрели необходимый опыт в бою с элитными войсками. Так что эта задача для них не только выполнима, но и при том количестве тёмных, которое я отправляю на эту самую зачистку, не очень сложна.
Оглянувшись назад, я случайно заметил в лесу мелькавшую среди деревьев фигуру одного из своих ежей. Банду колючих гармов, как их называл мой почивший дед, я выпустил немного ранее, чтобы упростить задачу защищающим город войскам. Сейчас их работа заключалась в том, чтобы добивать остатки врагов в ближайших лесных массивах, тем самым ускоряя темп нашей работы.
«Перенеси меня к Андрею, Кали», — произнёс я ментально, понимая, что моё непосредственное участие в текущей схватке больше не требуется.
Через мгновение мир вокруг изменился, и я оказался в нескольких метрах от Белорецкого. Замерев рядом, я невольно залюбовался. Морозный воздух вокруг него будто искрился, подчёркивая силу и мощь молодого аристократа. Он осыпал позиции вражеской пехоты стихийными ледяными атаками, и заковал в ледяную тюрьму те несколько бронемашин, до которых не дотянулись лапы моих бесов. Княжич работал методично, словно скульптор, высекающий из хаоса войны свой порядок. Деревья покрывались тонким инеем, а земля повсюду, куда только хватало взгляда, затвердевала, превращаясь в ледяную корку.
— Не хочешь чего-нибудь с их артой сделать? — не поворачиваясь в мою сторону, произнёс Андрей, наблюдая очередной взрыв снаряда, выпущенного вражескими артиллеристами. Их орудия били без остановки, создавая немалые проблемы для наших позиций.
Я уставился в сторону гор, где далеко вдали, на преобладающих высотах, изредка мелькали вспышки орудий противника. Учитывая географические нюансы и имевшуюся всего одну дорогу из-за горного хребта в нашу сторону, местоположение докучающих нам установок найти несложно. А ресурс у меня для подобных дел как раз таки есть.
— Уже делаю, — пожал я плечами. — А ты не хочешь со мной до их ближайшей базы слетать?
Андрей наконец повернул голову ко мне, прищурившись. Его взгляд стал ещё холоднее, как будто мороз, исходящий от него, усиливался от эмоций:
— В смысле?
— В прямом, — ответил я. — Тут всего в нескольких десятках километров в горах обустроились. У них ведь сюда одна дорога была, и наши её сдержать не смогли. Вернуть надо бы.
Это правда: к югу от Владикавказа проходил огромный горный хребет, через который на броне и военным ходом на север можно пройти всего по трём дорогам, одну из которых наши воины, несмотря на владение доминирующими высотами, всё же сдали. Но никто не винил пограничников — в такое смутное время они сдерживали врага, превосходящего по численности в десятки раз, более суток. Сейчас я горел идеей эти выгодные позиции вернуть назад, чтобы в будущем шагать на османов нашим ребятам было сподручнее.
Отметив заинтересованность Белорецкого, я достал рацию и быстро отдал приказ:
— Генералу Ситникову. Выступившую на нашей стороне технику принять, экипаж не трогать. Повторяю, экипаж не трогать до моего возвращения.
— Принял, Ваша Светлость.
Мои слова касались огромного количества трофейной техники. Десять танков, двадцать два бронетранспортёра и ещё несколько десятков маневренных внедорожников с пулемётами на крышах — всё это было отнято у врагов и как следствие теперь принадлежало нам. Эти машины, доставшиеся по итогам ныне фактически завершённой битвы, могли стать ключевым фактором для будущих операций. Когда ещё Романов сможет послать сюда имперскую броню?
