Покосилась на Рейфа ожидая вспышки негодования и удивилась — он улыбался. Очень выразительно поглядывая то на Холла, затеявшего очередную провокацию, то на Киру, купившуюся на старый трюк. Это выражение веселья делало его лицо теплым и летним, как если бы через хмурые грозовые тучи пробились задорные лучи, подсветившие яркие декорации. В саду, где собрались отмечать семейный праздник. Ей почему-то представился садик в доме Арины в Старом городе. Украшенный цветными шарами старинный колодец. Ленточки на стенах, счастливый смех. Ощущение дома. Кира поймала себя на том, что любуется его улыбкой, и заметила повисшую над столом тишину только когда Рейф встал и, взяв со стола пиво, пошел к холодильнику.
— Что? — Ее вопрос прозвучал растерянно.
— Ты на него пялишься.
— Это не преступление, — ощетинилась она, привычно маскируя агрессией смущение и вспышку несвоевременных фантазий.
— Уверена, что он также считает?
— Это свободная страна, могу смотреть как хочу.
— Укрепляюсь в мысли, что ты дура, — без тени иронии сказал Холл.
— В морду хочешь?
— Обойдусь.
— Тогда заткнись.
— Прекратили оба, — велел Рейф, возвращаясь за стол. — Что у тебя есть и как ты собираешься этим распорядиться?
Резкие, отрывистые слова, приказные интонации и общий суровый вид неприятно контрастировали с недавней улыбкой и тепло, вызванное ею, погасло под всплеском кислого чувства обиды.
— Никому ничего не сказать, — набычилась Кира.
— Зачем тогда пришла?
— Я это уже говорила.
— Я не слышал, — заметил Холл.
Кира вздохнула. Потерла лоб пальцами, заправила волосы за ухо и неожиданно поймала себя на том, что повторяет за Ариной. Пальцы коснулись правого запястья сами собой, Кира не успела остановить это движение, настолько привычным и неосознанным оно было. Голое запястье кольнуло в солнечное сплетение беспокойством. Осталось ли у нее время играть в шпионские игры? Сколько его осталось перед следующей попыткой исполнить заказ?
— У меня есть тридцать паспортов, прибывших из Эрбиля в контейнере с личными вещами погибших солдат. Все однотипной внешности, примерно одного возраста. Еще у меня есть список вампиров штата. Я хотела сравнить одно с другим, но это больше ста двадцати тысяч имен. Даже если отбросить всех женщин, азиатов, скандинавов и кто там еще не попадает под критерии, все равно получается дохрена. Я сделала таблицу по совпадениям, но в ней много однофамильцев, а некоторые вообще только заготовки. Вампир в штате зарегистрирован — вы кстати знаете, что округ Маклейн регистрирует максимальное количество вампиров по минимальному набору документов? — но фактически не существует. По трем адресам пустырь, четыре на свалке. У всех несуществующие номера банковских карт и страховки умерших. В таблице восемьдесят шесть строчек, но у меня нет доступа ни к одной базе, я буду обрабатывать это вечность. С вами получится быстрее.
Некоторое время молчали. Холл сделался непривычно задумчив и пялился в телефон, Рейф наоборот расслабился, словно получив ответ на вопрос закрыл какой-то внутренний гештальт. Кире есть не хотелось, но она притворялась, что занята тщательным пережевыванием бургера.
— Как ты проверила карты? — поинтересовался Рейф так нейтрально, как будто спрашивал какая завтра погода.
— Куртку попыталась купить на сайте Зары. Форма онлайн оплаты проверяет валидность данных.
— Может у них форма сломана.
— Я посмотрела два других магазина.
— А страховку?
— На сайтах кладбищ. У них есть поиск захоронений по разным данным, в том числе по страховке.
— Убил бы того, кто придумал интернет, — буркнул Рейф выражая типичное для себя недовольство общедоступностью частной информации. — Список вампиров штата тоже на каком-нибудь сайте нашла?
— На сайтах округов в открытом доступе есть некоторые данные, в том числе адреса и фотографии, но общий реестр Иллинойса пришлось добывать, используя личные связи.
— Через Лероя, значит, — хмыкнул Рейф.
— Мне нужно было найти совпадения с паспортами, не зря же их сюда привезли. Они не все зарегистрированы как вампиры, значит есть еще простор для маневра и в ближайшее время у вас не будет клыкастого приплода в размере квартальной болгарской квоты.
— Как будто их кто-то соблюдает, — фыркнул Холл, влезая разговор и разом занимая в нем все свободное место.
— Представь себе, — огрызнулась Кира. — Брюссельское соглашение обязывает Болгарию легализовать всех обращенных по своим квотам. А у нас в первый же месяц из Кыркларели полсотни желающих оклыкачиться наползает. В гости к родственникам. И начинается!
— Что начинается?
— Работа моя начинается. Когда Арина это соглашение подписывала, был расчет единой квотой сдержать прирост у соседей. Всех подписантов уравняли в количестве на квартал. Теперь у Мирчи плюс десять селян в месяц, а у нас плюс пятьдесят турков, потому что этот цыган свои двадцать им продал.
— Почему сам не легализует, если ему для граждан не надо?
