— Так я к нему и поехала, — снова вздохнула Кира, вспоминая с чего началась цепочка неприятностей, завершившаяся тоскливым шоппингом. — Тогда еще, в первой линии.
— В первой линии отели на Солнечном берегу стоят, — резко бросила Арина. — Вспоминать о былой любви обязательно в Иллинойсе?
— Да при чем тут любовь?! — возмутилась Кира. — Я просто не хочу, чтобы тебя убили.
— Ладно. С Демиром все понятно, хотя логичнее было бы подозревать в умысле на убийство его, а не тебя. Причем тут Маура и Морель? Они уснули вечным сном, отравившись бытовым газом.
— Вампиры же пропан чувствуют.
— Мауру, думаю, сильно укатал Морель. Хороший был мальчик. Трахался буйно и с фантазией.
— Как надо было трахаться, чтоб старую вампиршу укатать?
— Да она моложе тебя. Импульсивная дурочка. Все злилась, что его аристократия не принимает. Водила по закрытым аукционам и мероприятиям, а он там выпендривался своими заключениями, о которых никто не спрашивал. Небось довыступался до того, что в чьей-нибудь частной коллекции подделку обнаружил, чем плюнул в душу владельцу.
— А, вспомнила! — воскликнула Кира, заодно вспомнив и кое-что другое. — Это тот, который твоего Ренуара в мае слил?
— Именно. Но я не обидчивая, в отличие от испанских грандов.
— Слушай, мне кажется они были в списке. Я все имена не помню, надо посмотреть. Погоди минутку, — Кира отвлеклась на Лору, показывающую ей две блузки. — На твой вкус, у меня очень важный звонок.
— Что на чей вкус? — тут же заинтересовалась Арина.
— Шмотки для выхода в люди, — вздохнула Кира. — Сижу в магазине “Шанель”.
— Тебе не идет “Шанель”, — приговорила бренд Арина. — Посмотрите “Вивьен Вествуд” и “Баленсиага”. Значит, произошло то, что я думаю, — она уже не спрашивала, а утверждала. — На сколько?
— С пятого числа, Арин, — севшим голосом призналась Кира. — Сегодня третье. Я в себя пришла в машине скорой помощи посреди глухой дыры и сама не знаю, как там оказалась.
— Понятно, почему мне так паршиво, — вздохнула Арина, очевидно расхотев ругаться.
— Тебе так паршиво, потому что в тебя пуля попала неделю назад.
— Не физически, ментально. Как будто я знаю почему ты в Штатах, почему с Рейфом, но как только пытаюсь на этом сосредоточиться, знание тает. Я узнаю, как прошлые события те, которые еще не случились, но, когда они происходят, я как будто уже в этом была. Ощущение, что смотрю кино о себе по мотивам реальных событий. Постоянное дежа вю мне не нравится. Как ты с этим справлялась, когда стала замечать?
— Водкой.
— Ещё способы есть?
— Опиум. Одни глюки на другие накладываются, вообще не понимаешь, в каком ты времени. В один из приходов я решила, что у меня окончательно крыша съехала, и забила на эффекты.
— Дура, — вынесла вердикт Арина. — Такой талант на годы зарыла в землю. Раньше последствия твоих поворотов не было так сложно разделять, — пожаловалась совсем просто, как обиженная подруга.
— Раньше я таких длинных витков не заворачивала. Или я об этом не помню.
— Надо будет проверить, когда ты вернешься, — сказала Арина и тут же продолжила без паузы: — Мне не нравится эта суета, я вынуждена выгораживать тебя перед всем вампирским миром и полициями всех мастей.
— Вряд ли я так уж интересую вампирский мир, тем более весь.
— Заинтересуешь, как только оформят новую должность.
— Вот спасибо, блин, большое!
— Потерпишь. Когда Рейф позвонил и спросил, какого хера ты делаешь голая в Штатах, я едва в себя пришла. Надо было работать на опережение.
— Я была не голая, — хмуро буркнула Кира.
— В ближайшее время ты еще заинтересуешь вампиров Ассоциации, которым выпала честь принимать у себя специального представителя по развитию международных культурных отношений. — Тон Арины сделался наигранно строгим. — Постарайся не уронить авторитет Ассамблеи в глазах американской молодежи.
— А что, есть куда?
— Ты найдешь. В отличие от коллег, кстати, многие были не против твоего назначения, я ни секунды не сомневаюсь, что ты придумаешь, куда расширить и как углубить наши культурные взаимодействия со штатом Иллинойс, которые до этого сводились к открыткам на Рождество.
— Неправда, ты недавно была здесь с оригинальным визитом. Налаживала, так сказать, методы экстрадиции между Венгрией и отдельно взятым штатом. Добрая вампирская фе…
— Двадцать лет назад, — перебила Арина так, словно говорила о чем-то своем.
— Я и говорю — недавно. А коллеги твои, небось, просто поржать хотели, старперы клыкастые.
— Возможно, — тон ее был задумчивым. С минуту она молчала, потом сказала невпопад: — Да, похоже на то, — и прежде, чем Кира успела спросить, о чем речь, повесила трубку.
Кира обескураженно посмотрела на телефон и буркнув “Ну, как всегда”, убрала его в карман все тех же, одолженных Клэр, джинсов. С джинсов мысли перетекли на унылый во всех отношениях шоппинг и беспрепятственно утекли в воспоминания.
Чикаго, 2001 год
