– Что вы, конечно, нет! Вы не так меня поняли, – начала оправдываться она. Не потому что ей стало меня жалко, просто она испугалась моей возможной жалобы администратору. Сейчас люди всего боятся. Особенно потерять работу.
– Вы можете говорить открыто, – подмигнул я. – Жирный, да?
Она уткнулась взглядом в клавиатуру, пытаясь не отвечать на этот прямой вопрос.
– Скажите, что думаете! Я – жирный? Так и скажите: мол, да, жирный! К тренеру тебе надо!
Хотя зачем я это спрашивал? Очевидно, что я жирный. Для этого достаточно было встать на весы или посмотреться в зеркало. Почему-то все жирные склонны думать, что они вовсе не жирные, а так – слегка полные. Вернее – боди-позитивные (как сейчас принято говорить). Вероятно, и я ждал опровержения своих мыслей. Думал, что она скажет: «Да вы не жирный, просто крупный мужчина! Мне такие нравятся!», или «Мужчина должен быть крупным!», или «Хорошего человека должно быть много». Или еще что-нибудь такое. Но она ничего не сказала, а продолжала что-то печатать, пытаясь не смотреть в мою сторону.
Надо заметить, что фитнес-тренеров я не люблю. Даже не знаю почему. Может быть, потому что я жирный, а они – нет. Подсознательно я их даже ненавижу. Но все это относится исключительно к мужчинам. Женщины же мне нравятся, особенно эти – фитоняшки! И тогда я решил: если и брать тренера, то только женщину. Причем красивую! Не успел я закончить свою мысль, как к моей миниатюрной собеседнице подошла ОНА. О боже! Я, конечно, многих видел, но таких вот, как она, – единицы. А в тот момент мне показалось, что и того меньше. Я сразу назвал ее Памелой (в честь Памелы Андерсон). Думаю, из-за фигуры.
Главным образом, из-за ее задницы. Хотя все остальное у моей Памелы тоже выглядело идеально. Кстати, она была блондинкой с длинными волнистыми волосами и пухлыми щечками. Почти как настоящая Памела.
– А вы не даете занятий? – спросил я ангельским голосом, глупо улыбаясь и подмигивая. Хотя, может, это был нервный тик. Девушка с ресепшен посмотрела на меня с отвращением. Видимо, женская конкуренция – штука очень серьезная.
– Да, конечно. – Памела тряхнула головой, смахнув на бок челку. Я сумел разглядеть несколько маленьких прыщиков на девичьем лбу. Видимо, и у Памелы имелись свои секреты.
– А сколько можно? – проговорил я заискивающим голосом, отчего сам себе был омерзителен, однако ничего не мог с собой поделать.
– Минимум пять! Но лучше десять! – И тут Памела отошла от стойки ресепшен, вероятно, чтобы я рассмотрел ее идеальное тело еще раз.
– Памела… – глупо проскулил я.
– Что? – удивленно спросила она, прищурив глаза.
– Извините, я хотел спросить, как вас зовут? – Мой голос стал обычным, и я почувствовал в себе прилив уверенности. Формы Памелы начинали терять свою власть надо мной.
– Ольга, – быстро представилась она, не придавая сказанному никакого значения. Словно мы не знакомились, словно можно было ответить: «Тренер номер 523». И тут же уточнила: – Так пять или десять?
– Пять, – почти простонал я, все еще находясь в ее власти.
Девушка на ресепшен снова потянулась за моей карточкой. Приложила ее к считывателю, и я попрощался с очередной десяткой.
– Когда начнем? – сухо спросила Ольга, посмотрев на свои модные часы, похожие на маленький телефон без кнопочек.
– Завтра, – ответил я.
Надо сказать, что если бы не формы Ольги, то заниматься с тренером я бы не стал, наверное, никогда. Только под дулом пистолета. Почти каждый раз, приходя в зал, я наблюдал, как мучаются несчастные люди, исполняя указания тренера. Бедные толстяки ползают по полу, словно гусеницы по гладкому столу, страшные женщины носят на плечах разнообразные штанги, приседая с ними и густо краснея, тощие мужички пытаются накачать несуществующие мускулы, разглядывая в своих айфонах фотки качков. Но все это бессмысленно. Абсолютно. Толстые так и остаются толстыми, страшные – страшными, а тощие – тощими. Только, пожалуй, тренеры выигрывают от этих прилюдных истязаний. Поэтому я знал, что, подписавшись на пресловутые пять занятий, просто выкинул десятку. Но мой внутренний, почти сорокалетний голос сказал мне: «Не в первый раз! Ты терял и больше. Гораздо! И вовсе не на спорт! А это все-таки здоровье!» И голос был прав. Я терял гораздо больше. И десятка, по сути, – не такая уж большая сумма, чтобы о ней горевать.
Я пришел в условленное время, утром. Была суббота, поэтому зал оказался почти пустым. Люди отсыпались после работы. А кто-то после пьянки. Памела была одета в темные лосины с сеточкой в районе боковых карманов. Ее волосы – убраны в стильный пучок. Футболка украшена надписью «Who if not you?!», что переводится как «Кто, если не ты?!» Продолжить эту фразу можно было как угодно. «Кто, если не ты, будет со мной?!» или «Кто, если не ты, изменит свое тело?!» Мне, конечно, больше нравился первый вариант. Но говорить об этом было слишком рано.
– Начнем? – спросила она и посмотрела на часы.
– Начнем, – ответил я, разминая запястья. Так, на всякий случай.
