В среду в школу я все-таки пошла. География у нас четвертым уроком, сразу после обеда. Я старалась есть подольше. Маша меня торопила – конечно, ее там Слонов ждет. В общем, когда мы вошли, как раз прозвенел звонок, все уже расселись. Вероника на первой парте с Логиновым, Ефремов пересел к Герасимову, и мне стало совсем обидно. Даже какой-то жалкий Ефремов не хочет со мной сидеть. Я заняла свободную парту.
Валерий Семёныч начинать урок не спешил. Он прошелся перед доской, заложив руки за спину. Посмотрел на нас строго. Выдержал паузу.
– Так, я не понял. Вы забыли, кто где сидит? А ну-ка, быстро взяли вещи и сели как надо. Мне напомнить?
– А почему вы нас сажаете? Мы не в первом классе, – возмутился Логинов. Остальные тоже подхватили.
– Я вас не сажаю, молодой человек, а рассаживаю. Сажают в другом месте. Быстренько! Никитина, на первую парту! Ефремов, Герасимов, расселись! Киселёва – на четвертую! Сами себя задерживаете. Вот сколько сейчас времени потратите, на столько задержу.
– Вы не имеете права нас на перемену задерживать! У нас что, диктатура? – это наш «историк» подал голос, Илья Корнеев.
– Про общественный строй будете на другом уроке рассуждать, молодой человек. И да, у меня на уроке диктатура.
– А вы что, помните, куда вы кого посадили? – вылез Слонов. Наверное, перед Машей хочет выпендриться.
– Да, у меня фотографическая память! Обращаю ваше внимание, уже прошло четыре минуты.
– Географическая у него память, – шепнул Ефремов, и все заржали.
Я взяла вещи и пошла за первую парту. Справедливость восторжествовала. А мне это уже было по барабану. Я почувствовала приятную легкость. Никаких «домашних заготовок» для Логинова у меня сегодня не было. Ну и не надо. Я поняла, что мне совершенно на него плевать.
Мы столкнулись в проходе с Вероникой. В руках у нее были учебник, тетрадь и пенал. Я случайно задела ее открытый рюкзак, он сполз с плеча, повис на локте, и из него что-то вывалилось.
– Поаккуратней можно?! – зашипела она.
– Ой, извини! – сказала я, но помогать собирать с пола ничего не стала.
Я села за первую парту, на Логинова даже не посмотрела. Разложила свои вещи, раскрыла учебник и сделала вид, что читаю.
– Нам что-нибудь задавали? – прошептал он.
Я пожала плечами.
Географ запустил презентацию и велел нам конспектировать.
– Слушай, Дин, хочу посоветоваться. Что Оле Клейн подарить, как ты думаешь?
– А я думала, тебе Вероника нравится, – ляпнула я. «Что-то я совсем пошла в разнос. Ну и плевать».
– При чем тут «нравится»? Меня Оля на день рождения пригласила.
«Ох ничего себе! – подумала я. – И что все помешались на Логинове? На день рождения!»
– Подари ей бутылку Клейна, – меня несло.
– Что?
– Ты что, не знаешь? Это такая штука, как лента Мёбиуса. Только в пространстве. – Это меня папа в детстве просветил.
– Ленту знаю. Я думал, ну книжку какую-нибудь. Не знаю только… Она же все читала уже… Какой у нее нет? Вы с ней сидите ж на английском.
«Ой, ничего себе! Он знает, с кем я сижу на английском! Или это он знает, с кем Оля сидит?»
Я достала под партой телефон и погуглила бутылку Клейна.
– Вот, смотри! У нее горлышко входит в бок и превращается в дно.
– Прикольно.
Он тоже достал телефон.
– О, а ее, типа, купить можно!
– Да я пошутила насчет бутылки. Еще обидится. Хочешь, я у нее узнаю? Про книжку. – «Ну вот кто меня за язык тянул?!»
– Супер! Узнай!
– Никитина! Я тебя не для того на первую парту сажал, чтоб ты языком трепала!
География пролетела очень быстро, хотя нас и задержали, как и обещалось, на четыре минуты. Я чувствовала себя спокойной и сильной, как лев или кит, а еще легкой, как будто проглотила воздушный шарик. Такой кит-колибри.
Я дождалась Машу:
– Прикинь, Клей Логинова на день рождения позвала!
– Да?! – Маша закатила глаза. – Тихие девочки часто теряют голову от плохих мальчиков.
– Как ты от Слонова?
– Ты че, с ума сошла? Во-первых, Слонов хороший! Потом, какая у нас любовь?! Я ему обещала с английским помочь. – Маша слегка покраснела.
– Ну да, феминисткам мальчиков не положено любить. – «Боже мой, кажется, сегодня я скажу всем все, что думаю».
– Дин, откуда такие дремучие представления?! Феминистки за равные права, а не против традиционной любви! Кстати, мы с Димой кино решили смотреть, по-английски, с титрами. Завтра у меня будем. Хочешь – тоже приходи.
«Тоже приходи», спасибо, конечно!
– Не, я завтра пас. А что вы будете смотреть?
– Не знаю, не решили пока.
Английского я ждала с нетерпением. У меня же было шпионское задание! Да и вообще мне нравилось с Олей разговаривать. Когда ее спрашиваешь о чем-то, она всегда задумывается – ненадолго, но чуть дольше, чем обычные люди, – поправляет очки и только потом отвечает. У нас как раз и тема подходящая была сегодня: книги и их экранизации. Нужно было придумать диалог в парах. У Оли вообще английский восьмидесятого уровня. Ее даже в Англию отправляли его учить. И «Гарри Поттера» она читала в оригинале.
