Чаплин подошел к ведущему фестиваля, чуть-чуть поиграл тросточкой, обозначив образ, и ему вручили приз — этого самого «Льва». Огромную, тяжеленую штуковину! Он взял награду в руки и как-то даже чуть-чуть осел, ноги подкосились. Пауза. Замешательство… Он никуда не двинулся, только так посмотрел… и занавес закрыли. Я уверена, что старому человеку просто тяжело было нести такую махину, а взять у него «Золотого льва» прямо на сцене тоже невозможно. Вот и решили сделать так. У меня было ощущение, что там, за занавесом, этот «boy» мгновенно поднял их обоих на руки — и Чарли, и его «Льва». А в это время из ложи, где сидела Уна с детьми, шло такое сияние, как бывает от икон. Сияние ее улыбки, ее гордости за него, ее радости, что она с ним, и что рядом — их дети. Как же это было красиво!
Потом, через несколько лет, я побывала на могиле Чаплина. Он похоронен в Швейцарии, под городом Веве. Мы проезжали этот город — критик Юрий Рыбаков, некий чиновник из Госкино и я:
— Слушайте, что такое Веве? Что-то знакомое… Боже мой, здесь же могила Чаплина! Давайте заедем?
Чиновник возражает:
— Этого нет в программе поездки.
— Но я же актриса все-таки, я не могу быть рядом и не прийти к нему. Ну дайте мне хоть так присоединиться к этому клану великому — актеров. Нельзя проехать мимо, и не положить на его могилу цветы.
Рыбаков меня поддержал, и чиновник сдался. Мы купили на грошовые суточные, которые у нас там были, огромные желтые хризантемы. Поехали, нашли кладбище. Оно не в самом городе — на горе. Сначала его усадьба — дом в глубине леса, а дальше кладбище. Там, кстати, похоронен Бомарше. Еще какие-то невероятно знаменитые люди… Мы сразу нашли его могилу, на ней небольшая, не выше метра, мраморная плита, рядом такая же мраморная скамеечка и написано просто: «Чарли Чаплин».
<p id="bookmark50">ЗА РУЛЕМ</p>Я обожаю водить машину! Просто чувствую ее. Когда-то мы с Левитиным вместе учились на курсах и инструктор, очень хороший инструктор, сказал Мише: «Вот Оля будет водить машину. А ты — никогда». Ну, конечно, Михаил Захарович не поверил. Мы купили зеленый «Жигуленок-копейку». У меня уже было вот такущее пузо с маленьким Мишкой внутри, и за руль сел Левитин. Надо сказать, что я честно получила права. Сдала и теорию, и площадку. А Миша купил свои за бутылку коньяка. Такая тогда была такса для тех, кому не удавалось сдать экзамены в ГАИ. Садимся, едем по улице Горького, и вдруг перед нами возникает машина. Я говорю: «Стоп, стоп, стоп!» Но Левитин, конечно, в эту машину втыкается. После обвинил меня:
— Что ж ты меня не остановила?
— Я тебе кричала: «Стоп-стоп»!
— А что такое — стоп?! Надо было кричать: «Тормоз, тормоз, тормоз».
Решили возвращаться домой, и уже почти у подъезда Миша еще всем боком «Жигуленка» пропахал железный заборчик. Больше Левитин за руль не садился никогда. Машину водила только я.
