Ин налил кипяток в заварочный чайник. Знакомый запах напитка заставил Джоанну скучать по дому еще сильнее. У них тоже были вот такие маленькие чашки, только с другим узором. Здесь же на тонких фарфоровых стенках резвились разноцветные птицы с длинным хвостовым оперением и расправленными крыльями. Фениксы.
– Позвольте поинтересоваться, – спросил Аарон со своего места у колонны, – как вы сумели узнать с первого взгляда, к каким семьям мы принадлежим? – сама Джоанна, кстати, не обратила на это обстоятельство внимания. – Как определили в нас Ханта и Оливера?
– Большинство монстров внесены в архивы семьи Лю, – сообщил Ин буднично, как констатацию факта. – Вы двое Джоанна Чен-Хант и Аарон Оливер. Родители Джоанны – Пэй-Вэй Чен, человек, и Морин Хант, изгнанная дочь Дороти Хант.
Изгнанная? Неправда. Зато остальное Ин сказал верно.
Джоанна скрестила руки на груди, чувствуя себя уязвимой и выставленной напоказ, однако невольно восхитилась демонстрацией семейного дара Лю – идеальной памятью.
– А ты, – повернулся Ин к Аарону, – младший сын Эдмунда Оливера. – И продолжил, когда собеседник не отреагировал: – От второй жены, Маргариты Найтингейл, ныне казненной семьей мужа.
– Достаточно, – натянуто проговорил напрягшийся Аарон.
Его мать казнили? Пораженная этой информацией, Джоанна заставила себя отвести взгляд от лица юноши, чувствуя, что вторгается в нечто глубоко личное.
– Как я и упомянул, архивы семьи Лю весьма обширные, можно сказать исчерпывающие, – улыбнулся Ин. – Но вы пришли сюда не для того, чтобы я сообщил уже известные факты, верно? Вы хотите совершить обмен. Так что желаете получить от меня?
– Информацию, – выпалила Джоанна.
– Тогда давайте вначале оговорим правила, – кивком давая понять, что услышал ее, заявил Ин. – Моя семья предпочитает вести дела максимально просто. Мы побеседуем, а затем вы будете должны вернуть одну услугу.
– Какую? – уточнила Джоанна.
– Узнаете, когда настанет время ее оказать, – ответил Ин.
По-прежнему опиравшийся на колонну Аарон слегка пожал плечом, как бы говоря, что ожидал подобных условий. Джоанне же они совсем не понравились. Получить неизвестно что в обмен на такую же неясную цену – что за глупая сделка! Но других вариантов не было. Если предоставленная информация даст хотя бы малейший шанс спасти семью…
Джоанна кивнула.
– Хорошо, – улыбнулся Ин и принялся разливать зеленый чай по чашкам, потом вручил их гостям. – Что именно вы хотите знать?
Желая собраться с мыслями, Джоанна сделала глоток ароматного свежего напитка. Очень вкусно. Похожий зеленый чай папа хранил в холодильнике.
– До нас дошли слухи о вашем семейном даре, – медленно начала она.
– Идеальная память, – сказал Ин. – Это известно всем.
– Я имела в виду аспект способностей, который обычно не разглашается.
– До меня тоже доходили слухи о малоизвестных аспектах дара Оливеров, – задумчиво прокомментировал Ин и внимательно посмотрел на подпиравшего колонну юношу. – Говорят, что глава твоей семьи может видеть больше, чем остальные из вас.
– Сейчас речь идет не о моей семье, – безо всякого выражения произнес Аарон, однако почему-то бросил взгляд на Джоанну.
– Разве нет? – весело усмехнулся Ин. – Оливеры видят. Ханты прячут. Новаки живут. Патели топят. Хатауэи привязываются. Портелли открывают. Найтингейлы забирают. Мтвали хранят. Ардженты убеждают. Элисы скрепляют. Гриффиты разоблачают. Но только Лю помнят. – Он перечислил дары скороговоркой, как детскую считалку. – Двенадцать главных семей Лондона.
– Надеюсь, вы не рассчитываете получить что-то за эту информацию? – язвительно поинтересовался Аарон. – То же самое нам мог сказать любой ребенок из сообщества монстров.
– Семейные способности известны всем, – снова улыбаясь одними глазами, согласился Ин. – Но вы спрашиваете о семейных секретах. На вашем месте я бы подумал, по карману ли вам будет тайна Лю.
– Обмен совершаю только я, не Аарон, – заявила Джоанна, не намеренная втягивать в сомнительную сделку того, кто даже приходить сюда не хотел. – И готова заплатить любую цену.
Ин смерил гостью внимательным взглядом, словно взвешивая ее решимость действительно пойти на все, но наконец проронил:
– Вы когда-нибудь слышали о zhēnshí de lìshĭ?
– Истинная история, – тихо ответил Аарон.
– Ты знаешь мандаринский? – удивленно вскинул брови хозяин дома.
– Нет. Но мне известно это поверье, – с явным неодобрением в голосе произнес Оливер.
– Некоторые люди полагают, что когда-то существовала другая хронологическая линия, – объяснил Ин, снова поворачиваясь к Джоанне. – Первичная по отношению к нынешней. Часть семей называет ее vera historia, или истинная линия времени, – последние слова прозвучали с печальной благоговейностью. – Мы считаем, что она оказалась уничтоженной и заменена текущей.
– Абсолютно дикое поверье, – фыркнул Аарон. – Всем известно, что уже произошедшие события нельзя исправить из-за сопротивления хронологической линии, которая корректирует сама себя.
– Некоторые члены моей семьи думают, что помнят фрагменты изначальной, истинной истории, – тихо сказал Ин.
