С каждой секундой поцелуя душа ее будто бы освобождалась. Голова не кружилась, а была ясной, как никогда. Однако, она видела, что Александр все еще очень напряжен, словно ожидает от жены какого-то подвоха. Сильвия же абсолютно отчетливо осознала: она влюбилась в своего мужа! Не помня их общего прошлого, не зная, сумеет ли она его вспомнить, не из чувства благодарности, которое поначалу она испытывала к Д´Арси за то, что тот вывез ее из Фонтени. Нет, здесь и сейчас Сильвия просто любила этого взрослого, серьезного и сильного мужчину, не разбираясь, отчего это происходит, но разве не так и должно было быть? Если бы не похищение, не было бы ни падения на камни, ни жизни с охотником Бернаром, ни почти двухлетней разлуки, не случилось этого странного увлечения де Вальми, хотя, может, именно все эти события и должны были доказать Сильвии, как сильно она нуждается в Александре Д´Арси, и как крепко она его любит?
Сильвия потянула мужа за руку в сторону своей спальни. Солнечный свет заливал комнату. Невозможно было себе представить, что в горах может быть так солнечно и даже жарко. Сильвия не стала задвигать шторы. Ей хотелось внимательно рассмотреть мужчину. Д´Арси не сопротивлялся, он передал жене инициативу и теперь с затаенным интересом ожидал, что же последует дальше. Сильвия снова прижалась губами к его губам. Этот ее поцелуй вышел еще более чувственным. Она стянула с мужа камзол, рубашку, и теперь в солнечном свете хорошо могла разглядеть его мускулистое рельефное тело, покрытое множеством шрамов, но от того не менее восхитительное. Да, ее муж был очень привлекателен, несмотря на свой возраст. Силе его рук, сейчас обхватывающих талию женщины, могли бы позавидовать многие молодые господа.
— Ты уверена в том, что делаешь? — только и произнес Александр.
— Больше, чем когда бы-то ни было, — ответила Сильвия, целуя его плечи.
Окончательно освободиться обоим от одежды было делом нескольких минут. Теперь и герцог мог видеть Сильвию обнаженной, какой не видел ее уже столько месяцев. Это тело не изменили даже роды: все та же тонкая талия, налитая высокая грудь, невероятно стройные ноги, чуть смуглая кожа, которая сейчас отливала золотом на солнце. Александр осторожно вытянул заколку из волос Сильвии, и тяжелые каштановые волосы рассыпались по ее плечам. Женщина повлекла герцога к постели. Ее пальцы медленно изучали, заново знакомясь, каждый уголок его тела. Губами она нежно прикасалась к тому месту, где только что скользили ее пальцы. Александр позволил жене делать с ним, все, что ей будет угодно, лишь вздрагивая время от времени от ее мягких, словно воздушных касаний. Сильвия продолжала свои ласки, все так же неспешно, заставляя мужчину изнывать от ожидания. Решив, что настала и его очередь, он перекатился на другую сторону кровати, так что теперь Сильвия лежала перед ним, божественно красивая и притягательная в своей наготе. Женщина ободряюще улыбнулась, давая ему понять, что сейчас возможно все.
Александр, так же неторопливо, как до этого делала сама Сильвия, легкими поцелуями покрывал все тело женщины, от кончиков пальцев ног поднимаясь все выше, и наблюдая, как ее тело отвечает на его прикосновения. Последней Д´Арси поцеловал родинку в уголке ее рта, а потом, уже гораздо требовательнее, приник к ее губам. Желание, нараставшее в Сильвии с каждым его поцелуем, достигло своего пика, однако женщина не спешила отдаваться ему до конца.
Она мечтала о том, чтобы эта сладкая мука продолжалась, чтобы они могли насладиться всей полнотой обладания друг другом. Герцог без всяких слов понял, чего хочет от него жена. Бережно повернув ее на живот, он не прекращал своих поцелуев, и лишь когда Сильвия застонала, сжав руками простыни, так же осторожно повернул ее лицом к себе. Глаза ее были закрыты. Она крепко обхватила его бедрами и откинулась на шелковые подушки. Мужчина двигался размеренно, продолжая свою мучительную для обоих пытку, но тем сладостнее и острее чувствовалось приближение безумного вихря, который уже было не остановить. И он налетел, унеся обоих в своем сумасшедшем кружении. Ее крик и его стон слились в один звук, а они — в единое целое.
Двое, мужчина и женщина, лежали на освещенной солнцем постели, крепко сплетясь телами. Сердца их колотились, рискуя вырваться из груди. По щеке женщины катилась слеза. Но это были лишь слезы счастья от понимания того, что рядом — самый близкий на свете человек.
