Нельзя было смотреть ему в глаза, ни в коем случае нельзя. Берг уставился в переносицу. Эта встреча, этот разговор несли налёт ночного кошмара.
— За что же ты решил бороться? И с кем?
Резкий вздох, да и выражение лица такое, с которым делают первый прыжок с парашютом.
— Я буду бороться за свою любовь. С твоими омегами. С тобой. С собой.
Долгая минута потребовалась Бергу, чтобы снова заговорить. Из коридора доносились веселые голоса, кого-то звали на ужин, кто-то смеялся.
— А я не буду, Келли. Я слишком сильно любил тебя тогда. Но ты ушёл, сбежал, не попрощавшись, ничего не объяснив. Что бы ты ни говорил сейчас, ты снова сбежишь. Ты будешь убегать всегда.
Он взял за плечи тонкого бету и легко отодвинул от двери. Повторил уже из коридора:
— Не трудись распаковывать вещи. Ты здесь не задержишься.
========== Глава 14 ==========
В столовой собрались уже все: двадцать пилотов, солдаты взвода охраны, обслуживающий персонал, Крейг и заместитель Берга лейтенант Клейн. Среди штатских были шестеро омег, все замужние. За ними трогательно и целомудренно ухаживали.
Уселись за стол, произнесли первые тосты. Берг не слышал ни слова и не чувствовал вкуса пищи. Вот какой подарок привёз ему командир. Вот ради чего рискнул лететь в бурю, чтобы ночь Негасимого Огня Берг и Келли провели вместе. Вот уж спасибо. Вот удружил. Берг тоже сказал тост. Что-то про самый крайний северный форпост и про тепло моторов и сердец. Он не был силен в застольных речах, ну так это Хисс, а не Хартан. На горячее подавали гусей, запеченных целиком. Берг по-прежнему не чувствовал вкуса. А потом вдруг подумал: ведь Келли голоден. Вся часть собралась в столовой, кроме дежурных, и только ему не нашлось места за праздничным столом. От Хартана до Хисса четыре часа лёту, значит, Келли не ел с полудня по меньшей мере. Берг взял тарелку, положил гусиную грудку, каких-то салатов, кусок заливного языка. Взял хлеба и приборы. Не обращая внимания на любопытные взгляды, пошёл по пустому коридору. Сказал себе: «Он голоден, я просто отнесу ему еды». И сам себе не поверил.
Берг постучал в дверь. Келли открыл не сразу. Альфа заметил покрасневшие глаза, припухшие губы. Прошёл, поставил тарелку на стол, повернул прочь. В этот раз Келли не заступил ему дороги. Лишь когда альфа уже взялся за ручку двери, послышалось тихое:
— Берг, скажи мне только одно: кто был тот омега в парке? Почему вы не вместе?
Яркий электрический свет не знает жалости. Он выставляет напоказ все тайное. От него не укрыться.
— Какой омега?
— Миниатюрный блондин. Ты хотел меня с ним познакомить, когда позвал на ужин. Я пришёл чуть раньше и увидел, как вы обнимаетесь. Тогда я сбежал. Мне не следовало так поступать. Надо было все же познакомиться с человеком, важным в твоей жизни. Надо было бороться.
Берг на мгновение закрыл глаза, справляясь с приступом внезапной слабости. Показалось, что пол выскользнул из-под ног, а он остался стоять, остался в невесомости, в безвоздушном пространстве. Стараясь шагать осторожно и уверенно, он вернулся, присел на кресло в углу.
— Этот омега — бывший супруг Крейга. Это с Крейгом я хотел тебя познакомить, с моим вторым. Его супруг Нийэли пришёл сказать, что Крейг запил, поэтому не придёт. Ещё он сказал, что они разводятся, он забирает детей и уезжает. Я его обнял. На прощание.
Келли издал тихий звук, слабый писк маленького раненого животного. Сполз по стенке на пол, спрятал лицо в ладонях. Проговорил сквозь них:
— У тебя был большой букет желтых тюльпанов…
— Я купил его для тебя.
Снова протянулось молчание. Полтора года мучительной попытки забыть, полтора года вопроса «почему?». И вот ответ. Не поверить в него нельзя, поверить — невозможно.
— Я принёс тебе ужин, Келли. Поешь.
А мальчик уже взял себя в руки, поднял глаза, такие серьёзные, такие печальные.
— Я вижу, ты ходишь с тростью. Почему?
Берг кисло улыбнулся. Келли все же фельдшер. Правильный вопрос для фельдшера.
— Мой позвоночник вырос немного искривлённым. Ничего особенного, просто одно бедро получилось чуть выше другого. В результате я хромаю. Практически незаметно, но с тростью я чувствую себя увереннее.
Тонкая морщинка легла между бровями, на лице явно читается сомнение. Думает, соображает. Ни к чему ему знать о второй операции, обо всём этом… Не его вина, что Берг метался по городу, как пёс, потерявший хозяина. Что затеял драку с Сейнором, как выяснилось, совершенно невиновным в том конкретном случае. Берг просто обезумел тогда, зачем Келли знать об этом?
— Когда ты не пришёл в парк, я испугался за тебя. Стал тебе звонить, искал тебя в университете, у Касселов. Ты пропал. Где ты был? Прятался от меня?
Келли улыбнулся невесело:
— Моя удача в тот день превзошла все ожидания. Я попал под автобус, когда бежал из парка. Три дня был без сознания. Сильное сотрясение, ушибы, трещины рёбер. Я очень легко отделался. Телефону и ноутбуку повезло меньше. Мне пришлось продать твои часы, чтобы купить себе новый телефон и компьютер.