Поскольку и после этого никаких развлечений в доме найдено не было, все разбрелись по комнатам. Когда я поднялась к себе, кто-то особенно счастливый уже храпел. У меня же сна не было ни в одном глазу, но гулять по вечернему незнакомому городу в одиночестве почему-то не тянуло. Надо было бы найти хобби — вроде вязания или вышивки, — чтобы не страдать… Все же боги Средиземья оказались ко мне милостивы, и я, свернувшись калачиком, уснула.
На утро после завтрака, как и обещала швея, пришла девушка с гребнями, лентами и заколками в корзинке, она же принесла платье и туфли. Много времени подготовка к пиру не заняла. Я сама вымыла голову — чем поразила девушку, — и дольше всего мы ждали, пока волосы высохнут. Прическа получилась простая и своей легкостью подходила к наряду: большая часть волос осталась распущенной, несколько прядей справа были заплетены в косичку.
Когда я была уже готова выходить, Бильбо подсказал надеть плащ, чтобы до начала празднования никто не видел платья. Мы несколько отстали от гномов и до ратуши дошли без толпы сопровождающих. Жители как-то не смекнули, что человеческая женщина и полурослик могли быть частью королевской свиты, и это играло нам на руку. Мистер Бэггинс был одет в новенький зеленый пиджак с кармашком, из которого выглядывал клетчатый платок, рубашку с треугольным вырезом, коричневый жилет и брюки того же цвета. Особенно на фоне меня, завернутую в шерстяной плащ, который был длиннее, чем нужно, хоббит выглядел солидно.
Факт того, что нас не относили к отряду Торина Оукеншильда, перестал радовать тогда, когда нас не пустили в ратушу. Отойдя на такое расстояние, чтобы стражники не услышали разговора, мы изобрели план: Бильбо, надев Кольцо, проникнет внутрь и позовет Торина или кого-то другого из гномов, чтобы тот подтвердил мою принадлежность к группе.
— Ниэнор?
Ко мне подошел Бард, в котором не изменилось ничего, начиная с ироничной усмешки и заканчивая дубленкой.
— Добрый день.
— Не нравится мне этот ваш поход к Горе… — он сунул руки в карманы и прищурился, будто защищаясь от солнечных лучей.
— И тем не менее вы нам помогли, — заметила я.
— Не смог устоять перед твоим несчастным видом, когда ты упала к моим ногам. Ты, кажется, обещала рассказать о моем будущем. Будем считать это платой за перевозку.
— В конце вам суждено стать королем Дейла.
— А теперь короны раздают за просто так? Я, что, убью бургомистра, чего он так вечно боится? — Бард рассмеялся.
Я подняла голову, чтобы внимательно следить за реакцией лучника, и с выражением произнесла:
— Титул передается по наследству, Бард, потомок Гириона, последнего короля Дейла.
— То есть при первой встрече мы были в неравных условиях? Ты знала, кто я такой?
— Вы являлись мне в видениях, — да, под названием «кино».
Бард колебался.
— Вы понимаете язык птиц.
Бард сдался.
— Хорошо, я тебе верю… волшебница, — он шутливо поклонился, и в этот момент на набережную ступил Торин, чье отношение к лучнику, также как и внешний вид последнего, не изменилось. Бард имел смелость ему чуть ли не хамить, и королевская гордость была задета.
Я повернулась к Оукеншильду и мгновенно забыла, что хотела сказать. Не знаю, кто бы тогда не признал в Торине Короля. Он источал величие, и я подавила в себе идиотское желание бухнуться на одно колено и присягнуть на верность. На нем была глубокого синего цвета рубашка, два жилета: один — бархатный, перехваченный широким серебряным поясом, другой — меховой, — черные брюки и сапоги с металлическими бляшками на ремешках. Держался гном под стать новой одежде. Не надменно, не самоуверенно, а… просто по-королевски. Другого слова я не могла подобрать.
— Пойдем, Ниэнор, — мягко сказал Торин.
Я, про себя ликуя, что это мой мужчина, и подобрав слюни, отправилась следом. На этот раз стража безропотно расступилась, и мы оказались на пиру. Два места справа от бургомистра были свободны, дальше сидели Фили и Кили, Балин и Двалин, Ойн и Глойн, Дори, Нори и Ори, Бифур, Бофур и Бомбур. Бильбо притулился с краешку стола.
Люди шумели, восхваляли гномов и в особенности предводителя нашего отряда, танцевали и пели. Гул не прерывался ни на секунду. Несмотря на то, что праздник начался недавно, многие были навеселе.
— Неужели обычно я выгляжу хуже? — поинтересовался Торин.
— Нет, Ваше Вели… — машинально ответила я и осеклась.
Он улыбнулся, чем окончательно вогнал меня в краску. Я отвела взгляд. Сегодня был день доброжелательности Короля под Горой, не иначе. Мы расположились возле бургомистра, и тот поднял кубок за процветание рода Дурина. Я встретилась глазами с Бильбо. Теперь не только мне этот тост казался насмешкой судьбы.
Торин, как и подобало правителю, умел себя вести на светских мероприятиях. В то время как я мечтала сбежать оттуда, он вежливо общался с гостями, вкратце пересказывал наши приключения, расписывал богатства Эребора и пил за здоровье бургомистра. Он был учтив и с готовностью поддерживал любую беседу. Тогда я подумала, что статус королевы не потяну и на пирах регулярно буду притворяться больной.
