Тир они себе устроили в самом дальнем конце сада, чтобы не беспокоить домашних долгой пальбой. Парень нарисовал на листе бумаги, каким хочет видеть этот тир, и высвистанные казаком крестьяне за несколько дней возвели все нужное. Впрочем, ничего особо сложного там не было. Двойной плетень высотой в человеческий рост, между которым была засыпана обычная земля. Три десятка мешков, набитых речным песком. Навес и стол под ним. Вот и вся механизация.
Мишени Егор нарисовал сам. Благо карандаши, чернила и готовальня в доме имелись. Про бумагу и говорить не приходится. В целях экономии парень использовал старые, уже ненужные бумаги. Этого добра у деда скопилось столько, что целый чулан в подвале оказался ими забит. Они прошли на огневой рубеж, и Архипыч, быстро повесив новые мишени, первым вытянул из кобуры револьвер.
Они успели отстрелять каждый по два барабана, когда служивший в доме на посылках мальчишка, подбежав, громко протарахтел:
– Ваше благородие, тама до вас от жандармов приехали.
– Вот ведь неймется аспидам, – сплюнув, проворчал Архипыч, ловко перезаряжая револьвер.
– Не ворчи, дядька. Пошли, рядом побудешь, – кивнув мальчишке, негромко скомандовал Егор, подобравшись.
Просьбу дяди он помнил, так что предпочитал быть готовым ко всему. Попытку полковника повязать его подпиской он тоже не забыл. Так что наличие рядом крепкого, опытного бойца будет не лишним. Они прошли в дом, и Егор, заглянув в столовую, увидел сидящего за столом поручика, которого по приказу хозяина угощали чаем, чтобы помочь скрасить ожидание. Заверив его, что будет готов к разговору, как только приведет себя в порядок, парень поспешил в свою комнату. Требовалось помыться и переодеться.
Спустя примерно двадцать минут все тот же мальчишка посыльный привел жандарма в отведенный Егору кабинет, и парень, указав ему на кресло у стола, вопросительно выгнул бровь.
– Поручик Еремин, – коротко представился офицер. – Полковник Веселовский велел привезти вам для перевода несколько документов, – доложил жандарм, щелкнув каблуками и осторожно присаживаясь в кресло.
– Рад знакомству, поручик. Вот бумага, вот карандаши, извольте явить документы, – вежливо кивнув, приступил Егор к делу.
– Прошу, – достав из кожаной папки один лист, покрытый арабской вязью, отозвался жандарм.
– Ага. Писано на персидском, – хмыкнул Егор, пробежав взглядом первые строчки. – Приготовьтесь записывать, сударь.
Поручик быстро подхватил со стола несколько листов бумаги и, уложив их на папку, взялся за карандаш. Сосредоточившись, Егор принялся переводить письмо, стараясь произносить слова максимально четко и не спеша. Дочитав текст до конца, он еще раз пробежал по строчкам взглядом и, убедившись, что ничего не упустил, вернул документ офицеру.
– Ловко у вас получатся, Егор Матвеевич, – одобрительно улыбнулся поручик. – Иной профессор в университете так быстро не управится.
– На границе с Бухарским царством жили. Приходилось с разным народом беседовать, – отмахнулся парень, протягивая руку за следующим документом.
Это письмо также было на фарси. Переведя его, парень взял в руки следующий документ и, начав читать, недоуменно хмыкнул:
– Турецкий? Ваше ведомство решило весь Средний Восток своим вниманием почтить?
– На границах неспокойно стало. Вам ли не знать, – хмыкнул в ответ поручик.
– Так это не персов с турками гонять надобно, а всяких британцев с французами и прочими австро-венграми, – иронично хмыкнул Егор, пожимая плечами. – Это им спокойствие в государстве нашем словно серпом по известному месту. Не уймутся никак, сволочи.
– Иностранцев не любите, Егор Матвеевич, – вкрадчиво поинтересовался жандарм, чуть подобравшись.
– Я политиков их не люблю. А простой люд про нас и не вспоминает, – отмахнулся парень, сосредотачиваясь на тексте письма.
Перевод этого документа тоже немного времени занял. Закончив, парень еще раз пробежал текст взглядом и, убедившись, что перевел все правильно, отдал бумагу жандарму.
– Это все, или еще чего имеется? – нейтральным тоном уточнил Егор, глядя на жандарма невинным взглядом.
– Есть одна записка. Мы ее с одного британца взяли, да только языка того даже в университете не знают, – помолчав, нехотя отозвался поручик.
– Дозвольте глянуть, – хмыкнув, попросил Егор, протягивая руку.
– Извольте. Ежели вы и ее перевести сможете, не знаю, как тогда и благодарить вас, – проворчал жандарм, отдавая ему бумагу.
– Очень интересно, – удивленно буркнул парень, вчитываясь в текст. – Это же урду. Это племя на территории Афганистана живет. И надо признать, что ничего интересного для вас тут не имеется. Это скорее короткий отчет купцу, о продаже товара.
– А подробнее можно? – быстро спросил жандарм, подобравшись, словно перед прыжком.
– Можно и подробнее, – задумчиво кивнул Егор, вспоминая нужные слова редкого языка. – Этот язык я не так хорошо знаю, как остальные, но эту записку переведу, – добавил он, убедившись, что может разобрать все. – Пишите.
Закончив, он несколько раз сравнил перевод с оригиналом и, убедившись, что смысл текста не изменился, устало вздохнул:
