Радуйся и ты, внутренняя пустыня, где блаженный отец наш Антоний подвизался, ибо он был в тебе беспощадным врагом своему телу, как сказано: «Насколько телесный в нас человек погибает, настолько духовный в нас человек обновляется». И как Дамаскин воскликнул: «Перед тобою, как в бубне, в умерщвленном теле победителем предстану!» И Господь говорит во Святом своем Евангелии: «Дух животворит, а плоть не способна ни на что». И пророк говорит: «Что пользы в плоти моей, раз мне сходить в могилу?» Григорий Богослов говорит: «Ведь то, что убережем, и то все предадим Богу». И Исайя взывает и говорит: «И распахните сердца ваши, а не одежды ваши!» Ведь сказано: «Если кто-то чему-то поддастся, тому и поработится. И насколько тело изнуряется и естество ослабевает ради Божьей любви, настолько же и душа, словно золото в горниле, блистает». Ведь еще пребывая на земле, по большому стремлению душа или земная вечная Божья искательница доброта желает достичь небесного, а не рассуждать о земном или пребывать на земле. Но, поистине, великий это дар дарован нам от Бога, что Русская земля, некогда скованная льдом неверия, в нынешние же времена хорошо плодоносит, и плоды Богу приносятся — жизнь, и труды, и подвиги тех преподобных отцов, что просияли на Руси, как ласточки-пустыннолюбки, и Богу угодили.
Но зачем мне много говорить! Не вправе этого делать мы, земные, да еще и во грехах пребывающие, как говорит в своей книге Маргарит великий просветитель, всей вселенной учитель и патриарх Константина града Иоанн Златоуст: «Когда мы ходим по городским стенам, то или уязвляемся, или уязвляем. Так же и в миру живем: или досаждаем кому, или сами скорбим от кого-то». И всеми этими тяготами мы связаны, как оковами, ибо не можем мы нашим умом постичь и языком сказать, как воздать хвалу тем преподобным отцам. Когда можно будет морскую глубину измерить, тогда можно будет и нам той меры достичь, — если же нет, то не сможем похвалить тех преподобных и богоносных отцов наших, в Российском государстве просиявших. И, как некоторые искусные мастера повествуют нам, необычная вода есть в озере, которое зовется Квиксулвар. Приходят туда златокузнецы-ювелиры и ждут того часа, когда оно обычно выходит из берегов, и тогда около озера сооружают они хитроумные скважины, и когда распалится, тогда наполняются те самые скважины, и получают таким способом воду своего художества. Но не все озеро вычерпывают, потому что невозможно и не под силу им все вычерпать. Так и нам тех преподобных отцов увить, как цветами, похвалами — это очень мало их похвалить, — все, что мы в силах сделать, словно капля дождя, самого же существенного сделать мы не сможем, ведь их сам венцедавец и трудоположник Христос венцами венчал, их ангелы похвалили, и бесы устрашились, и люди им изумились. Это же выше человеческой природы — столько проявить храбрости и силы в борьбе с невидимым врагом, чтобы до конца сокрушить его. И если и принесем похвалу святым, то все равно ничего не сделаем достойного их трудов. Непрочен ведь наш разум, а слабость Божья крепче человеческой силы, не избрал ли Бог немощных мира сего, чтобы посрамить крепких и сильных мира сего — «где мудрец, где книжник, где совопросник века сего».
Пророк сказал: «Пусть не хвалится премудрый премудростию своею». Тем более и я не похвалюсь тем, что будто бы разумно написал, сознавая свои недостатки, потому что я невежда и неразумен перед Богом и перед всеми людьми. Не понимаю, как я достиг второй половины Слова, но только благодать Святого Духа слабую человеческую природу исправляет и наставляет. Хвалю, благословлю, поклоняюсь Господу, пою и превозношу святое имя его, вразумившего меня, и укрепившего меня, и наставившего меня. Вам же, господие, и отцы, и братия, друзья и сродники, Господа ради моление предлагаем, прося прощение за мое невежество. Если в каком-то слове я ошибся, или описался, или своим неразумием или малоумием сделал святому поношение, то вы, Господа ради, сами исправляйте небольшие недостатки, как говорит апостол: «Тяготы друг друга носите». Так и вы своим умом мои недостатки исправляйте, а за меня, недостойного, моление и молитву принесите к Господу Богу и к Пречистой его Богоматери и ко всем святым, более же всего ко отцу Антонию, что не осознал я своего ума слабости и дерзнул на такое великое дело, как переписать житие преподобного отца нашего аввы Антония. И даст мне Бог прощение грехов вашими святыми молитвами. Я, полный дерзости и окаянный, дерзнул написать о жизни преподобного и о преставлении его в 79 лет, что услышал нового от чудотворной его раки, — как река струями истекает, так и цельбоносная рака преподобного все время чудесно исцеляет всех с верою к ней приходящих.
