Послан же бых игуменомъ и братиею къ осподствующему граду Москве о потребах манастырскых. И на пути прилучи ми ся быти на Беле-езере в манастыри Ферапонтове.[291] И приидох тамо благословитися к некоему старцу — мужу добродетелну, вь всех исправлениих пребывающу и премудростию разума украшену, Спиридону именемъ, бывшему митрополиту Кыевскому. И той начат въпрошати мя о острове Соловецском, и о создании манастыря, и о началникех. Аз же поведах ему все подробну, и начах молити его о изложении житиа преподобных; и показах ему свое грубое писание, понеже бе муж мудръ, измлада извыче и добре умея Божественая Писаниа — Новая и Ветхая. И, Божиа ради имени, не отречеся понудити старость свою: изложи и написа добре, якоже подобно въ общую ползу хотящим спастися и ревновати сих преподобных житию. Азъ же, грубый, возрадовахся зело, яко сподоби мя Богъ изъобръсти такова благоразумна старца, яко желание сердца моего исполни и недостаточная наверши.
Сиа же везох ко архиепископу Генадию. Онъ же почет и похвали зело, и начат блажити мя, глаголя: «Како ты, брате, селико имы разума и отрицаешися святых житие писати? Се воистину добро!» И рекох ему: «Прости мя, владыко святый, не мое се творение!» И поведах вся пореду, како и от кого сътворена суть. Онъ же рече ми: «Благословенъ ты от Бога, чадо, яко такова благоразумна мужа обрете! Сий человекъ в нынешняя роды беяше столпъ церковный, понеже изъмлада извыче Священная Писаниа и чюден бяше старець житиемъ, многолетными сединами украшен».
Списано же бысть житие се преподобных отець, началников соловецскых, Саватиа и Зосимы в лето 7011 Спиридоном, митрополитом Кыевьскым,[292] заточену ему сущу тогда во стране Бела-езера в манастыри Пречистыа Богородица честнаго Ея Рожества, глаголемо Ферапонтовь, въ славу Христу Богу.
Мы же к сим да приложим: молящеся Богови и святых Его на помощь призывающе, сице рцем:
«О пастырие добрии и истиннии строителие, наставници и наказателие иноческаго житиа; отцемь славо и преподобным единокровници, и праведнымъ инокомъ наставници, общему житию съвершителе и събеседници бесплотным! Страннымь питателие, нищим богатное сокровище, недугующим врачеве; плененым свободителие, слепым вожди, старости подпора; заблужшим руководителе, скудостным — ума наказателе, съкровенным возвестителие, вь скорбех утешители; княземь православным миротворци и поборници на сопротивныя, крепость на поганыа!
Троици съ бесплотными предстояще, и нас не отступайте; поминайте стадо, еже собрасте мудре, и соблюдите Богомь дарованную вам паству, яко чадолюбивии отци; и не презрите иже верою и любовию чтущих пречестную и многорадостную память вашу, защищающе нас и съблюдающе от находящих враг! Да, молитвами вашими присно съблюдаеми, Царствия Небеснаго сподобимся, о Христе Исусе, Господе нашем, Ему же подобаеть слава и держава — съ безначалным Отцемь и Пресвятыим и благым и животворящим Духом, ныне и присно и въ векы векомь. Аминь».
Благослови, отче!
Было это в дни благочестивого великого князя Василия Васильевича Владимирского и Московского и великого князя Бориса Александровича Тверского, и великого князя Федора Ольговича Рязанского в 1436 году; на архиерейском престоле правил тогда митрополит Фотий, по происхождению грек, а престолом в Новгороде владел архиепископ Евфимий Брадатый.
В одном из Белозерских монастырей, называемом Кириллов, жил вышеупомянутый Савватий, о котором мы сказали в начале. А из какого города или селения были его родители, этого мы не знаем точно, ведь много лет прошло до нынешнего написания. И не смогли узнать мы, в каком возрасте он принял иноческий образ. Но узнали только от боголюбивых мужей и из бесед духовных с иноками, приходящими с острова того, и у них расспросили в кратких беседах для духовной пользы всех, кто хочет спасти свою душу и последовать добродетельному житию этих святых, о том, как жил он вместе с другими монахами в названной обители и все преодолел послушанием к игумену и всей во Христе братии в возложенных на него службах, и еще многим воздержанием и постом изнурял свое тело и одолевал страсти, — и всем этим воинству бесовскому и самому дьяволу немало досадил.
