Обив же ефера светомъ, утолстих, прострохъ връху тмы ея. А от вод утвръдих камение велико. Мглам же безднымъ повелех исхнути, наркох же «упадь до бездны». Море събравъ на едино место, связах е игомъ, дахъ море пределъ веченъ, не перетергнет ся от вод.[283] Твръду въдружих и основахъ връху вод.[284]
Ко всим же воимъ образовахъ небесемъ солнце от света великого, и поставих е на небеси, да светит по земли.[285] От камениа усекох огнь великый и огня створих вся воа бесплотных и вся воя звездныа. И херувимы, и серафимы, и офанимъ — и се все от огня иссекохъ.
Земли же велех возрастити древа всяка, и гору всяку, и всяку траву животну, и всяко семя живо, сеай семя,[286] — преже, да иже не сотворих душь живъ, пищу имъ уготовах.[287]
Морю же повелел: породитн своя рыбы и всяк гад, плазащи по земли, и всяку птицу парящую.[288]
Егда скончах все, повелех моей премудрости створити человека.[289]
Ныне же ти елика сказахъ, и елико виде на небесех, и елико виде на земли, и елико написа въ книгахъ — премудростию моею и хитроствовах се, сътворихъ от нижнаго основаниа и до горняго.[290] И до конца ея несть светника, ни следника. Азь самъ веченъ, нерукотворенъ.[291] Беспременна мысль моя — съветник есть, и слово мое дело есть, и очи мои съгладаета все: аще ли отвращу лице мое, то всеа потребят ся, аще ли призираю, то стоятъ.[292]
Положи умъ свой, Еноше, и познай глаголющаго ти, и возми книги, яже написа. И даю ти Семеила и Расуила, възведшая тя ко мне, и сниди на землю и скажи сыномъ своимъ, елико глаголахъ к тобе, елико видехъ от нижняго небесе и до престола моего, — вся воинества аз сотворихъ, несть противя ся мне или не покоряа ся, и вси покаряют ся моему единовластию и работаютъ моей единой власти. И вдай же имъ книги рукотворениа твоего, и почтутъ и познаютъ Творца ихъ, и разумеют и те, яко несть творца иного развее мене.[293] И раздай книги рукописаниа твоего чадомъ и чаду чадомъ, и поучи ужикы и род в род. Яко дам ти ходатаа, Еноше, архистратига моего Михаила, зане рукописание твое и рукописание отець твоих и Адама и Сифа не потребят ся до века последняго,[294] яко аз заповедах аггеломъ Ариоху и Мариоху, яже поставих на земли хранити ю и повелевати временным, да снабдятъ рукописание отець твоих, да не погибнетъ в будущий потопъ, иже азъ творю в роде твоемъ. Аз сведе злобу человеческу: яко не понесут ярма, иже въздвигнух имъ, ниже сеютъ семя, яже дах имъ, но отвръгу яремъ мой, и яремъ инъ въсприимут, и всеютъ семена пустошнаа, и поклонят ся богомъ суетным, и отринутъ единовластье мое, и вся земля съгрешит неправдами, и обидами, и прелюбодействы, идолослужении. Тогда потопъ наведу на землю, и земля сама съкрушит ся в тимение велико. И оставлю мужа правдива от племени твоего,[295] со всем домом его, иже сътвори по воли моей. И от семени их востанетъ род последний, многъ и несытъ зело. Тогда во изводе рода того явят ся книгы рукописаниа твоего и отецъ твоихъ, имже стражие земстеи покажуть я мужемъ вернымъ, и скажут ся роду тому и прославят ся в последокъ паче, неже в первое.
Ныне же, Еноше, даю ти
И ныне, чада моя, слышите глас отца своего, еликоже аз заповедаю вамъ днесь: да ходите пред лицемъ Господним, и елико ти сътворити есть по воли Господни. Аз бо есмь пущенъ от устъ Господень к вамъ глаголать к вамъ, елико есть и елико будетъ до Дни Суднаго. И ныне, чада моя, не от устъ моих вещаю вамъ днесь, но от устъ Господень, пущешаго мя к вамъ.
