И посла Богь архангела своего Гаврила, и уподобися къ единому велможь цьсаревъ, и рче: «Аще хощеши, цьсарю, да принесуть камен драгый светелъ и угли огнены и положать предъ нимъ. Да аще простреть руку къ камени, ведаите, яко мудростью се створи, и убьемъ его. Аще ли ко огню простреть руку, ведаемъ, яко не мудростью се створи да охабимъся его». И годе бысть се цьсарю и велможамъ его.
И принесоша предъ нь камень драгыи и угли огнены. И уклони ангелъ Господень руку его къ огню. И вземъ, притце конечь языка, и от того бысть свибливъ. И не убиша его.
И бысть Моисий в дому Фараони 15 леть и растяше с детми цьсаревыми, в ризахъ единехъ. И бысть на конець 15 лет и въсхоте къ отцю и к матери, и поиде к нима. И приде къ братьи своей, и виде мужа егуптянина бьюща евреянина от братья его. И озревся Моисий семо и овамо и не виде никогоже, и уби егуптянина и схрани и́ в песъце. И бысть в день вторый и вниде Моисий къ братьи его и види два мужа сварящася и рече: «О злодею, чему обидиши друга своего?» И рче ему: «Кто тя постави судью надъ нами, чи ли убити мя хощеши, яко же вчера уби егуптянина?» И убояся Моисий и рече: «Воистину ведома есть рець си».
Вниде же слово се во уши Фараону. И заповеда Фараонъ убити Моисия.
И посла Богь архангела своего Михаила, и уподобися во обличье стольника Фараоня и исхити мечь из рукы его и стя голову его. И ятъ ангелъ Моисия за руку десную его и изведе и́ вонъ изъ земля Егупетьския. И посади и́ кроме межю егупетьскыи 40 версть въдале. И остася толико Аронъ и начатъ пророчьствовати въ Егупте сынамъ Издраилевомъ. И рче: «Мужа болванъ поверзете и́ въ скверньстве егупетьстемъ и не оскверняйтеся». И не послушаша его.
И рече Богъ загубить я, нъ помяну заветь, еже завеща со Аврамомъ и Исакомъ и Ияковом, и поиде рука Фараонова больши и жесточайши надъ сынами издраилевыми, дондеже посла Богъ слово свое и помяну я́.
Въ дни же ты бысть сеца межю синьци и межю сынъми первыми и межи армены.[132] И изиде Киканосъ, цьсарь срачиньский, воеваться со армены и съ сынъми первыми. И победи Киканосъ цьсарь армены съ сынъми первыми и плени я́. И Валаомъ бяше прибеглъ исъ Егупта къ Киканосу занеже не састася рець его. И бысть ту у Киканоса и два сына его; Аносъ и Акрисъ, и острещи град и люди хужьшая с ними. И сдума Валаомъ с людми земьскими отврещися цьсаря Киканоса, и не даша ему внити въ град. И послушаша его людье и присягоша к нему и поставиша и́ цьсаремъ надъ всеми. Сына же его поставиша воеводу, и възвысиша забралу вельми граду тому съ двою страну, и съ третьей стране ископаша рвы и омуты великы бе-щисла, а съ четвертые страны созваше Валаомъ змия и скарпия многы велми шептаньемъ своимъ и потворы. И затвориша градъ и не даша внити, ни приступити. И бе егда възвратися цьсарь Киканосъ съ воины и, възведше очи свои, видеша забрала градная высока зело, и удивишася и реша: «Людье наши, яко быхомъ долго на войне, и потвердиша града своего, глаголюще: “Егда придеть на ны рать”». Да якоже приступиша къ граду, и видеша врата градная замчена и реша вратникомъ: «Отверзите врата, да внидемъ въ градъ». И не хотеша отворити по заповеди Валаома волхва. И не даша внити полкы же предъ враты. И паде от воинъ Киканосовъ въ единъ день 100 и 30 мужь, и въ другыи день бишася на брезе рекы. И въбреде коньникъ 30 въ воду, хотеша пребрести на ону страну, и не възмогоша. И истопоша во рвехъ. И заповеда цьсарь сещи древо и делати плоты, да быша прешли на ня. И створиша тако, и придоша на плотехъ во рвы ты. И възверте ими омуть, и утопе в тъ день 200 мужь на десяти плотовъ.
И въ третий день придоша с той стране, на нейже змееве, и не възмогоша успети ничтоже. И изъедоша змиеве людей 100 и 7. И охабишася ихъ, и стояша около града 9 леть, и не даша приступити, ни внити во нь. И бысть егда стояху на срачинехъ, выбеже Моисий изъ Егупта и приде къ Киканосу, цьсарю срачиньску. Моисиови же бысть леть 18, коли выбеже от Фараона.
И приде къ Киканасу въ остою, и прия и́ цьсарь и вся велможа его и вси вои его, яко великъ и драгь бысть въ очию ихъ. И высочьство бо его яко тисово, лице же его, яко солнце сияюще, храбрьство же его яко силно. И бысть Моисий думьца у цьсаря.
И бысть на конець 9-го лета разболеся Киканосъ, цьсарь срачиньский, и умре Киканосъ въ день 7-й. И умазаша раби его и погребоша и́ предъ враты градъными. И створиша надъ нимъ полату красну и высоку велми, и написаша на камени вся его войны и все его храборьство.
И бысть егда доспеша полату и реша другъ ко другу: «Что створимъ? Да аще сечемься с градомъ симъ, то погибнемъ, деемъ ли си, да седемъ сде, да уведять въси цьсари арменьстии и сынове первии, оже умерлъ цьсарь нашь, и придуть на ны внезапу и не оставять насъ избытка, а ныне поидемъ поставимъ собе цьсаря. Сядем же у града, дондеже приимемъ и́». И уборздиша поимаша порты своя съ себе и сметаша въ громаду и створиша гору велику.[133] И посадиша Моисия и реша: «Въ векы живи, цьсарю!» И сягоша к нему вся вельмоша и вси людие. И поя Моисий жену Киканосову съ вестью ея и съ веленьемъ ея.
