_ Тут нет ничего удивительного, — ответил мичман, покачивая головой с проницательным видом старого воя¬ ки, — это было бы для них другим Банкер-Хиллом. Пото¬ му что, видите ли, Дорчестер на юге — все равно что Чарлстонский перешеек на севере... Легче гребите, ре¬ бята, легче гребите, — продолжал он вполголоса, так как они приближались к берегу. — Кроме того, сударыня, ба¬ тарея, расположенная на этом холме, может обстрелять наши корабли, а старик этого не потерпит: тогда надо бу¬ дет или вступать в бой по всем правилам, или же уводить флот, а что станется тогда с армией? Нет, нет, янки ни¬ когда не рискнут прогнать треску из своей бухты, сделав т'акую попытку... Суши весла, ребята, а я погляжу, не пристал ли здесь где-нибудь братец Джонатан. Матросы повиновались, и их юный начальник встал в лодке во весь рост и направил ночную подзорную трубу туда, где он намеревался пристать. Он остался вполне доволен осмотром и, понизив из предосторожности голос, велел матросам причалить к тому месту, где можно было укрыться в тени холмов. С этой минуты все соблюдали полное молчание; лодка приближалась к желанной цели быстро и точно, затем ход ее замедлился, она коснулась килем дна и скоро со¬ всем остановилась. Мичман помог Сесилии сойти на бе¬ рег, затем сам легко спрыгнул на землю. — Надеюсь, люди, с которыми вы встретитесь, будут с вами так же почтительны, как и те, кого вы сейчас покидаете, — сказал он, подойдя к Сесилии и протягивая ей руку с простотой бывалого моряка. — Да хранит вас бог, сударыня. У меня дома остались сестренки, почти такие же красивые, как вы, и когда я вижу женщину, нуждающуюся в помощи, то вспоминаю моих бедных девочек. Да хранит вас бог, и я надеюсь, что, когда мы снова встретимся, вы поближе познакомитесь... — Вы не так уж скоро расстанетесь, как воображае¬ те, — воскликнул какой-то человек, выпрыгнув из-за ска¬ лы, за которой он прятался. — Если вы окажете хоть ма¬ лейшее сопротивление, то будете убиты! — Отчаливайте, ребята, отчаливайте, и не думайте обо мне! —крикнул юноша с замечательным присут¬ ствием духа. — Любой ценой спасите шлюпку! Матросы повиновались с привычной быстротой, а он с легкостью молодости кинулся вслед за ними и, сделав 12 Фенимор Купер. Том IV 337
отчаянный прыжок, схватился за корму, и его сразу вта¬ щили в шлюпку. В ту же минуту на берег выбежало че¬ ловек двенадцать — все вооруженные ружьями, которые они тотчас же навели на беглецов. Но тот, кто выскочил первым, крикнул: — Не стреляйте! Он сумел спастись — его счастье, и он его заслужил. Захватим тех, кто остался здесь. А если раз¬ дастся хоть один выстрел, это привлечет к нам внимание флота и форта. Его товарищи, которые до этого действовали нереши¬ тельно, словно были не уверены, правильно ли они по¬ ступают, охотно опустили ружья, а шлюпка тем време¬ нем, рассекая волны, мчалась по направлению к хваленому фрегату и была уже на таком расстоянии, что пули все равно не причинили бы ей вреда. В эти краткие мгновения неизвестности Сесилия едва дышала, когда же непосредст¬ венная опасность миновала, она повернулась к взявшим ее в плен с тем глубоким доверием, какое американка, убежденная в доброте и порядочности своих соотече¬ ственников, обычно к ним питает. Все они были одеты в обычную крестьянскую одежду, хотя в их облике было и что-то солдатское. Вооруженные лишь ружьями, они, видимо, умели с ними обращаться, но им недоставало той военной выправки, которую дает служба в регулярных войсках. Меритон, увидев, что их так неожиданно окружили, от испуга задрожал всем телом, и даже сопровождавший Сесилию незнакомец тоже, казалось, струхнул. Одна Сесилия сохраняла самообладание — в силу ли принятого ею решения, или потому, что хорошо знала нравы людей, в руки которых попала. Американцы остановились в нескольких шагах от сво^ их пленников, поставили ружья прикладами на землю и терпеливо слушали, как допрашивает пленных их началь¬ ник, отличавшийся от своих товарищей лишь зеленой ко¬ кардой на шляпе (Сесилия слышала, что в американской армии это отличительный знак прапорщика). — Мне очень неприятно докучать расспросами женщи¬ не, — обратившись к Сесилии, сказал он спокойным, но решительным тоном, — особенно подобной вам, но этого требует мой долг. Что привело вас в шлюпке королевского корабля на этот пустынный берег, да еще в такой поздний час? 338