Мы посмотрели друг другу в глаза, и я попыталась услышать голос своей интуиции. Может, этот парень просто пытается пустить пыль мне в глаза? Пробует свои индейские приемы, пользуясь тем, что я новенькая?
– Я буду осторожна, – пообещала я, отходя от Рука подальше. Не могу сказать, что он стоял слишком близко и нарушал мое личное пространство, но я все же чувствовала себя неуютно.
– Хорошо. – Рук тоже сделал шаг назад. – Спасибо, что согласились купить пикап. Думаю, моя сестра будет рада, что его водите вы. Она его очень любила. – Он весело улыбнулся. – Из-за него она почти отказалась выходить замуж, потому что муж не хотел, чтобы она брала эту машину в их будущую семейную жизнь.
Я улыбнулась в ответ:
– Будем надеяться, она сделала правильный выбор.
– Пока что да. Время покажет.
– Если она решит поменять пикап на мужа, я не отдам.
– Она тогда еще больше обрадуется, что вы так к нему привязались.
– Было приятно с вами познакомиться, Рук, – улыбнулась я. – Спасибо.
Я забралась в пикап и захлопнула дверь. Оконная ручка тут же отвалилась и упала на пол. Я не стала устраивать представление на глазах Рука и просто отодвинула ее ногой, чтобы не мешала.
– Берегите себя, – сказал он.
Я повернула ключ в зажигании и выехала задним ходом с гравийной дорожки. Затем переключила передачу и поехала в сторону дороги, по которой Доннер привез меня сюда, ощущая при этом новую волну свободы. Любая свобода слаще и острее, если ее у тебя недавно отняли.
Когда я свернула на главную дорогу, то неожиданно поняла, что здесь совершенно нет машин. Домов и людей вокруг тоже не было. Я развернула пикап и уставилась на океан. Не знаю, как буду закрывать окно без ручки, которая сейчас валяется под сиденьем, но думать об этом мне не хотелось. Сейчас я радовалась, что окно открыто. Я заглушила двигатель.
Я была абсолютно одна. На горизонте ни души. Только волны и круглое солнце, ползущее вверх по небу. Деревья и густая растительность сливались с каменистым и песчаным берегом. Это была не самая приветливая картина, но меня устраивала. Я была одна, и, если бы в данную секунду вымерло все человечество разом, я бы не заметила. Я была словно исследователь на далекой планете. Вдали от всех. Вдали от Леви Брукса.
«Его здесь нет. И здесь он меня не найдет», – сказала я себе. Стоило подумать, что мне удалось сделать шаг вперед, как внутри поднялось ощущение, напомнившее мне о зле и ужасе и возродившее мой страх. Смогу ли я посмотреть страху в лицо прямо здесь и сейчас? Поможет ли это? Мир по-прежнему существовал, и я вместе с ним, и Леви Брукс по-прежнему был далеко.
Я сделала глубокий вдох и закрыла глаза. Если я очень постараюсь, смогу ли я вспомнить – здесь, где мне было спокойно и никто не мешал?
Мыслями я вернулась в тот момент, когда Леви Брукс постучал в мою дверь. Тогда я открыла ему, а дальше все случилось очень быстро.
Я видела его фургон в стороне. Даже номерной знак разглядела, но ни одна цифра или буква в памяти не осталась. Лишь размытое пятно.
Он тащил меня к машине. Я кричала, отбивалась ногами и… кусалась! Я резко открыла глаза. «Я прокусила его руку».
Теперь я чувствовала вкус. Его кожи, грязи на ней, крови.
Я вцепилась в него изо всех сил, и кровь попала в рот. Я провела языком по нёбу, пытаясь воспроизвести тот вкус, словно это могло мне помочь. Но тщетно.
Может быть, у него остался след на руке? Я снова закрыла глаза. Да, на его руке потом была повязка. Я помнила, как он зажимал мне рот, пытаясь заглушить крики.
Его горячее дыхание у моего уха. Его тягучий, приправленный алкоголем южный акцент.
Желудок сжался, но я помнила, что это всего лишь воспоминания и сейчас ничего не происходит. И я его укусила! До крови. В душе шевельнулось легкое удовлетворение.
Я не знала, насколько значимой та информация окажется для расследования, но я обязательно сообщу ее детективу Мэйджорс. Пусть это и не самый большой кусок мозаики, он имеет значение для картины в целом.
«Так, а теперь – что случилось после того, как я его укусила и он затащил меня в фургон?» Я по-прежнему держала глаза закрытыми.
Он швырнул меня в заднюю часть машины. Я услышала щелчок замка у дверей и попыталась доползти до передней, но он успел обойти машину и добраться до водительского места прежде меня. Оказавшись в машине, он с силой толкнул меня, и я упала, ударившись головой. Перед глазами вспыхнули огни. Я помнила, что мне было больно.
Он достал шприц. В моей памяти игла была огромной, намного длиннее обычной, но я понимала, что, скорее всего, это был стандартный шприц. Действительно ли я его видела или так и не смогла открыть глаза из-за боли в голове, а теперь лишь додумывала произошедшее?
И вот тут моя память начала разваливаться на части. Не открывая глаз, я вцепилась в руль.
«Не сдавайся. Смотри!»
