– Спасибо за помощь, Бет. – Грил встал, собрал бумаги в папку, и я проводила его до двери.
– И вам спасибо за…
– За это не переживайте. Звоните, если я вам понадоблюсь.
Я помедлила:
– Вы все равно не верите, что она совершила самоубийство, ведь так?
– Так. Но я упрямый. Может, мне просто нужно довериться здешним «экспертам».
Я пожала плечами:
– А может, и нет. Мой дедушка никогда так не делал, насколько я его помню.
– Увидимся, Бет.
– До скорого.
Я наблюдала, как он шел к машине, потом закрыла дверь и оставила ее незапертой. Вернулась к столу, но через несколько секунд снова встала и закрыла замок. Я обещала над собой работать, но пока не была готова к распахнутым дверям.
Быть может, завтра.
На следующее утро я решила пропустить завтрак, но не потому, что наконец-то наелась. Аппетит у меня по-прежнему был волчий, но мне требовалось кое-что сделать прямо с утра. Я достала свой одноразовый телефон и позвонила Доннеру. Тот ответил:
– Говорите. Чем могу помочь?
– Это Бет Риверс. Мне срочно нужен пикап.
Какое-то время мы оба молчали. Потом Доннер заговорил:
– Дайте мне пятнадцать минут. Есть одна идея. Не самый удачный вариант, но может подойти. И вам нужны будут наличные. Около тысячи.
– Не проблема. Я в «Бенедикте».
– Мы зовем его «Хаус», не «Бенедикт». Я за вами приеду.
– О, здорово. Спасибо.
Верный своему слову, Доннер оказался в нужном месте в указанное им же время.
– Обычно мы в таких случаях привозим машину паромом из Джуно, но мне в голову пришла другая идея. Так будет быстрее. Судя по вашему голосу, машина вам нужна прямо сегодня.
– Сегодня было бы идеально.
– Хорошо.
– Рук – тлинкит, – стал объяснять Доннер, поворачивая к океану. Слово «тлинкит» он произносил как «клинкит». Океан с каждой минутой приближался и становился все шире. Под освещенным солнцем небом горизонт, казалось, был на другом краю Вселенной.
– Его отец отлично разбирался в травах и был умелым лекарем. Он недавно скончался, но Рук продолжает его дело.
– Он лекарь или шаман?
– Не думаю, что сейчас кто-то так говорит. Но раньше таких, как он, действительно так называли. Для меня он просто Рук. Его отец, Тенет, был хорошим человеком, и Рук тоже, но он еще молод и не скоро станет таким же талантливым, как был его отец.
– А сколько ему лет?
– Тридцать пять.
– Я думала, вы скажете, что ему еще нет двадцати или около того.
– Не совсем. Вы поймете. Пикап, который мы едем смотреть, водила сестра Рука, но она недавно вышла замуж и переехала, а машину брать с собой не захотела. – Доннер быстро глянул на меня и продолжил: – Тлинкиты живут племенами, и брак призван соединять их между собой. Жениться внутри одного племени не разрешается.
– Никогда?
– Такая традиция. Пикап на вид не очень, но еще вполне держится. Думаю, пару лет он протянет.
– Интересно. Ладно, я его куплю.
– Вам сначала надо на него посмотреть.
– Хорошо. – Я взглянула на Доннера. Он совсем не походил на того сердитого мужчину, который когда-то подвозил из аэропорта предполагаемую преступницу. Я твердо намеревалась купить пикап, даже если он будет гудеть и едва ползти. Потому что даже это «едва» лучше, чем велосипед.
– Можно я задам вам пару вопросов о Линде Рафферти?
– Только если у меня будет право не отвечать.
– Вы близко дружили?
Доннер покосился на меня:
– Что вы имеете в виду?
– Вы были друзьями?
– Да, мы дружили. Но мне почему-то кажется, что вы не об этом спрашиваете.
– Бенни сказала, ходят слухи, что у вас с Линдой был роман.
– Что? – Доннер рассмеялся. – Нет. И больше я никак не собираюсь это комментировать.
– Поняла. Спасибо за ответ.
Доннер покачал головой:
– Чертова Бенни.
Я припомнила, что уже слышала подобное выражение в адрес ее сестры. Может, эти двое действительно просто старались оживить местную обстановку, но мне показалось, что за словами Доннера крылось что-то более существенное.
– Грил по-прежнему не верит, что Линда совершила самоубийство, – заметила я.
– Да. Я тоже. Я не знал о Линде ничего такого, что указывало бы на то, что она могла себя убить. Но у них с Джорджем была своя трагедия в прошлом, еще в Южной Каролине.
– Их сын.
– Да. Для них это было ужасно тяжело, но толком я больше ничего не знаю. Они никогда не говорили об этом. Даже когда Грил расспрашивал Джорджа – ну, после того как он очнулся от того странного сна, – тот мало что сказал. Они оба вели себя так, будто горевали, но… В общем, они словно старались об этом забыть и не хотели, чтобы им напоминали.
– Может, что-то все же напомнило Линде о произошедшем. А боль была слишком сильной.
– Возможно, но я все равно в это не верю.
– Как думаете, Линда могла бояться кого-нибудь или чего-нибудь?
– Интересный вопрос. – Доннер на мгновение задумался. – Она действительно иногда была дерганой, как будто за ней кто-то следил. Не всегда, но временами я замечал. И не так давно тоже.
– А в какой ситуации?
