Обернувшись, Милкович увидел Нейта, прислонившегося к холодной поверхности двери, слегка подрагивающими пальцами расстегивающего ремень на своих джинсах.
Намерения шатена были слишком прозрачны, а возбужденный орган брюнета довольно чувствительно упирался в ширинку, причиняя дискомфорт. Микки схватил парня за руку, толкая в ближайшую тесную кабинку, тут же закрывая ее на замок, развернул к себе спиной, одним резким движением спустил его уже расстегнутые штаны, и надавил на поясницу, заставляя прогнуться.
Никаких предварительных ласк, поцелуев и прочей херни, которую так не любил Милкович; только тихие щелчки расстегиваемых пуговиц джинсов, едва слышный шелест квадратной упаковки презерватива, что неизменно носился в заднем кармане, плевок на ладонь, чтобы смазать уже торчащий в боевой готовности член, которого слишком уж долго не касался никто, кроме самого Милковича, еще один, и громкий всхлип парня, раскрытого перед ним, от болезненного первого проникновения.
Конечно, Микки с большим удовольствием предпочел бы поменяться местами с шатеном, но быстрый перепих в сортире стремного клуба никак не подходил для первого раза после длительного воздержания, а порваться Милковичу совсем не хотелось; да и подставлять свою задницу парню, которого он видел впервые и которого, он надеялся, не увидит в дальнейшем, не значилось в его планах на воскресенье.
Хриплые стоны, шипение и звериный рык, что вырывались из груди брюнета, пока тот размашисто вбивался в податливое тело Нейта с характерными шлепками, не оставляли случайным посетителям туалетной комнаты «ОЗОНа» простора для фантазий на тему происходящего в крайней кабинке.
Микки мог бы поклясться, что видел, как мелькнула рыжая макушка в толпе, когда он выходил из туалета спустя десять минут, попутно застегивая ремень на своих джинсах.
Милкович вернулся за столик, опрокинул пару стопок, стоявших на нем и, попрощавшись с Тони и Максом, чьи глаза весело загорелись, как только они увидели довольную физиономию растрепанного друга, отправился на выход, оглядываясь по сторонам, пытаясь взглядом отыскать огненную шевелюру среди сотни прыгающих под оглушительные ритмы, раздающиеся из колонок.
Возможно, ему просто показалось, что он заметил кого-то в толпе, когда обернулся в последний раз, стоя в дверях, возможно, это был совсем другой человек.
«Мало ли на свете рыжих?»
Комментарий к Много “почему” и одно “показалось”
надеюсь, что кому-то понравится эта часть.
очень жду ваших отзывов и критики=)
========== Спасибо ==========
– Два больших черных и один латте, – крикнула Мэнди, подходя к барной стойке, за которой спиной к ней стоял невысокий брюнет в рабочей униформе, дергающий ручку неисправной кофемашины, что от усердия парня грозила отвалиться в ближайшее время.
– Бля, эта хуйня сломалась, – прорычал Милкович, разворачиваясь к сестре, поправляя идиотскую кепку на голове, которую к своему стыду и позору был вынужден носить уже почти неделю – с тех пор, как его офицер по УДО сообщила ему, что если в ближайшее время он не найдет официальную работу, условия его освобождения будут пересмотрены.
– Твою мать, Микки, – возмутилась девушка. – Что ж ты за ебаная Годзилла такая? Разрушаешь все, к чему прикасаешься, – бубнила Мэнди, огибая стойку и подходя к брату. – Сколько вчера чашек разбил? Пять? Десять? А дверцу от посудомойки зачем отломал? От тебя одни убытки. Ты хоть знаешь, сколько труда мне стоило уломать Стивена взять тебя на работу? – выговаривала она, одним легким движением снимая контейнер и заменяя переполненный фильтр, мешающий машине нормально работать.
– Все коленки стерла? – тут же поспешил ответить Микки, внимательно наблюдая за действиями сестры, устраняющей неисправность, изо всех сил стараясь не показывать ей, насколько он был признателен.
– Иди нахер, сука неблагодарная, – огрызнулась девушка, швыряя в брата грязный кусок материи, аккурат в грудь, оставляя характерного цвета следы кофейного жмыха на его белой футболке.
– Блять, Мэнди! – тут же заорал он, привлекая внимание немногочисленных посетителей кафе. – Какого хуя? – пытаясь полотенцем оттереть коричневые пятна с ткани, но только еще больше размазывая жижу по футболке, рычал Микки.
– Говорила, фартук надень, – хмыкнула девушка и, отвесив смачный пендель брату, направилась в сторону кухни, чтобы забрать заказ для восьмого столика.
– Эй, блять, а обратно кто эту херню собирать будет? – прокричал Милкович ей вслед, хватая со стола оставленный Мэнди контейнер, но, не заметив открытой крышки, рассыпал на пол все кофейные зерна, что были внутри. – СУКА! – взревел он, со злостью отбрасывая пластиковый сосуд и наклоняясь за щеткой, чтобы собрать негодные к приготовлению теперь плоды кофейного дерева.
– Привет, Мик, – услышал Милкович голос сестринского ебаря за своей спиной, когда, стоя на коленях на полу, пытался достать закатившиеся под стойку зерна. – Где Мэнди? – спросил Лип, с улыбкой наблюдая за тем, как брюнет в очень даже недвусмысленной позе лазает под столом, на котором стоял кофе-аппарат.
