– Какого хера этот ушлепок за вами везде таскается? – спросил парень, как только сестра убрала телефон в карман. – Он ж, блять, как ебаный сталкер.
– Лип не хочет оставлять его дома одного, – ответила девушка. – Фиона сегодня работает в ночь, Дебби у подружки, а Карл с Лиамом временно живут с Френком и Шейлой.
– Чё он вообще сюда опять приперся? – пытаясь сообразить, кем были все те люди, чьи имена называла сестра, продолжал разговор Микки. – Вы ж говорили, что он редко бывает.
– Не знаю, – пожала плечами девушка. – Вообще, Лип собирался сам к нему съездить, но Йен неожиданно позвонил и сказал, что у него незапланированный отпуск на пару недель и сегодня он приедет.
– Отпуск, – хмыкнул Милкович, отмечая, как ловко рыжий выкрутился из положения.
– А ты зачем интересуешься? – спросила Мэнди, поворачиваясь к брату. – Все-таки он тебе понравился, – не дожидаясь ответа, проговорила она, широко улыбаясь.
– Нихуя, – поспешил ответить парень. – Он меня бесит.
– Ага, – кивнула сестра, продолжая улыбаться. – Ты меня тоже бесишь, Мик, но это не мешает тебе быть моим любимым братом, – сказала она, придвигаясь ближе и обнимая Милковича за талию, – и видеть, что Йен тебе нравится.
– Иди в пизду, – насупился брюнет, закидывая руку на плечо девушки и прижимая ее к себе. – Мне не нравятся рыжие ебланы.
– Продолжай говорить это себе, Мик, – задумчиво ответила Мэнди, вспоминая, как неоднократно засекала сегодня своего старшего брата, украдкой косившегося на столик, за которым сидели Йен с Липом утром, как искренне улыбался Милкович, наблюдая за тем, как Йен пьет кофе, что тот для него приготовил.
– Я лучше тебе еще раз скажу: иди в пизду, – прорычал брюнет, отпуская девушку и поднимаясь на крыльцо своего дома. – Я в душ.
– Только не долго, нам к десяти нужно быть у кинотеатра, – крикнула она успевшему скрыться за входной дверью брату.
Конечно, к десяти они не успели: Мэнди по меньшей мере пять раз заставляла переодеться Микки, замечая пятна или дырки на его футболках, вызывая агрессию последнего и выслушивая все новые ругательства, которые тот извергал в огромном количестве, отбрасывая очередную тряпку в сторону.
– Сеанс через пять минут, – проговорил Филлип, встречая пару у входа, оглядываясь на двери. – Вы чего так долго? – но понял, что не дождется ответа, замечая короткий взгляд девушки в сторону брюнета, стоявшего рядом. – Йен внутри, закупается, – сказал он, потянув ручку и пропуская Мэнди вперед.
– Фу, бля, – фыркнул Милкович, рассматривая пакеты с воздушной кукурузой в руках рыжего. – Сладкий? Кто, вообще, жрет это дерьмо?
– Я люблю сладкий, – ответил Йен, передавая брюнету пол-литровый стакан с пивом, который стоял на стойке рядом с ним.
– Кто бы сомневался, – закатил глаза Микки. – Его любят только девчонки.
– Мик, хорош бузить, – подключился Лип. – Тебе мы взяли соленый, а еще чипсы и орешки, – улыбнулся он, замечая довольное выражение лица парня, что одним глотком ополовинил немаленький стаканчик, и направился в сторону дверей зала, кинув через плечо “еще пару прихватите”.
Прикончив свою упаковку поп-корна и допив вторую порцию пива, Микки откинулся в мягком кресле, внимательно следя за сюжетом боевика, шедшем на огромном экране. Мэнди и Лип, сидевшие на следующем ряду, кажется, забыли, зачем пришли в кинотеатр; пытаясь действовать незаметно, парочка тискалась, издавая вполне определенного характера звуки, вызывая недовольство у немногочисленных зрителей. Рыжий же весь сеанс сидел как на иголках, постоянно доставая из кармана телефон, что не переставал вибрировать. Йен громко вздыхал и, даже не смотря на экран, сильно давил на кнопку отбоя, своими действиями отвлекая Микки от просмотра кинофильма. После пятого раза терпение Милковича иссякло.
– Да ты заебал уже, – прошипел он парню, сидевшему через кресло от него, потому что соседнее было занято съестными припасами, что в огромном количестве набрали братья Галлагеры. – Выключи нахер этот телефон, пока я не расхуярил его о твою голову, или сам съебись отсюда, не мешай смотреть.
– Прости, – ответил Йен, поворачиваясь к Микки.
– Чё, клиенты названивают? – продолжал шептать Милкович. – Не всех на прошлой неделе удовлетворить успел? – спросил он, тут же замечая изменения в лице рыжего и взгляд, который тот поспешил отвести в сторону.
Галлагер ничего не ответил. Повернув голову к экрану, Йен сделал вид, что увлечен сюжетом фильма, не произнеся больше ни слова до самого его окончания.
А Милкович, наоборот, совершенно забыл о том, что пришел посмотреть новый боевик. Постоянно косясь на парня, сидевшего неподалеку, он пытался понять, почему в этот раз его слова не вызвали вполне ожидаемой реакции в виде злости, почему на лице рыжего он видел выражение глубокой задумчивости вместо привычного раздражения.
Мэнди и Лип, крепко обнявшись, шли впереди, не обращая внимания на двух молодых людей, отставших от них уже на приличное расстояние.
– Отпуск, значит, – начал разговор Милкович, посмотрев на рыжего, плетущегося рядом, глядя себе под ноги.
– Угу, – кивнул тот, не меняя положения головы.
