Ее муж, естественно, всё слышал. Однако ответить Игорю Васильевичу ему было нечего: такого дела у него не было. Если не считать, конечно, непрерывную тяжелую работу на благо семьи, в которой взращивались сын-наследник-балбес и дочь-красавица-ветреница. Но ему почему-то совсем не хотелось хвастаться перед странным попутчиком своими достижениями в этой области и показывать фотографии детей. Он испытывал странное чувство, которое я не смогу описать средствами «великого и могучего» из-за малого словарного запаса. Скажу лишь, что ему было как-то не по себе. Больше всего на свете сейчас он хотел, чтобы этот мужик наконец-то заткнулся. А лучше – вышел на первом же полустанке. Он повернулся на левый бок, к стене, закрыл глаза, а на правое ухо положил сложенную сорочку.
Самое страшное оружие
Меня зовут Ольга. Мне тридцать пять. Моего мужа зовут Александр. Ему тридцать девять. У нас трое детей. Старшему, Коленьке, двенадцать, двум близняшкам, Мариночке и Наташеньке, – по девять. Я, как водится, девочку хотела, а муж – мальчика. Поэтому решили, что будет двое. С одним ребенком мало ли что случиться может – сейчас жизнь такая… Бестолковая, что ли… Сперва мальчик родился – Саша был рад безумно! А как он окреп немного, так я опять забеременела. Смотрим на УЗИ – двойня! Ну, теперь заживем – думаю! Хотя Саша и испугался немного… Сложно всех на ноги поставить, образование дать… А я не унывала: что всем, то и нам!
У меня родителей нет – я детдомовская, зато у Саши – отличная семья! Свекровь мне как мама, она меня как дочь любит. Да и свекор отличный – помогает, чем может. У нас квартира трехкомнатная, большая – всем по комнате. То есть мы с Сашей в одной, конечно, зато дети в своих. Близняшки дружно живут, пока еще девицами не стали, а там, конечно, каждой приданое нужно! Выйдут замуж – к мужьям уйдут… ну или приведут сюда. Всё может быть…
Я работаю оператором на телефонной станции – сутки через трое. Удобно: если всё работает как надо, то можно ночью вздремнуть; но это между нами, конечно. Я даже с детьми уроки по телефону делаю! А вот соседка – каждый день пашет, да еще и в выходные иногда. Деньги-то платят хорошие, но деньгами детей не воспитаешь…
Свекровь с нами почти живет – то есть бывает часто. Хотите верьте, хотите нет, но мы и на кухне ладим, и вообще…. А свекор – на даче. У нас своей нет, но Сашины родители разницы не делают – ездим как к себе. У них машины нет, а у нас есть – иномарка! Саше друг из Польши пригнал – «Форд-Гранада», пикап. Большущая! Красивая снаружи и внутри. Саша говорит, что после этого он на «жигули» и смотреть не может. Правда, гаража вот нет – около дома стоит. Я переживаю: не угнали бы.
Саша на стройке работает – бригадир электриков. Платят хорошо, иногда задерживают, правда. Он у меня самый лучший! И не пьет, и всё в дом, и вообще… У него и хобби есть – рыбалка. Но ходит редко, больше журналы про рыбалку читает. Говорит, вот выйду на пенсию – на даче жить буду, там как раз речка есть. Да, наверное, и я с ним – а как же иначе? А квартиру, может, и разменять придется – Коленьке чтобы было куда невесту привести…
Подруги удивляются: как ты со всеми справляешься? У них с одним ребенком проблем не оберешься, а у меня трое… Сумасшедшая – говорят! В наше-то время… А время всегда сумасшедшее – у нас, по крайней мере. Может, в Америке и не так, а у нас, когда Союз еще был, – я как раз Колюшу нянчила… так ни мяса, ни молока! А потом и вообще стиральный порошок стаканами давали… Да и остальное по талонам всё! А сейчас хотя бы всего полно! Только деньги готовь. И компьютер хочется, и телефон сотовый… Но это – в планах пока. Мы и видео-то взяли позже всех. Мебель и телевизор тоже старые. Но это – баловство, как свекор говорит. А вот на стиральную машину он нам сам денег дал – говорит, первая тебе, Олюшка, помощь. Это верно. Наша «Эврика» была – что-то с чем-то! Особенно когда отжимала – начинала по кухне ездить! Коленька тогда маленький был и очень ее боялся. Если начинал шалить, я ему грозила, что сейчас включу ее.
