Вернувшись в дом уже под вечер, он нашел в нём чистоту и даже некое подобие уюта; на столе стояли крынка с молоком, кастрюля вареного картофеля, лежал хлеб – и бумажка с номером телефона Галины.
Роман с необыкновенным аппетитом принялся за еду. Правда, молоко имело своеобразный запах, а картофель – такой же привкус.
После трапезы Роман внимательно осмотрел дом снаружи и внутри. Слазил на чердак, чувствуя себя при этом Индианой Джонсом. Оттуда он снял несколько довоенных книг и пачку газет. От более тщательного изучения чердака его отвлек организм, настойчиво требующий визита в туалет. Там он задержался надолго, но это его не смутило. Он сидел, слушал лай собак, всплески матерной ругани с соседнего двора, вдыхал аромат разнотравья сквозь крупные щели и понимал, что это и есть та самая натуральная жизнь!
Найдя в сарае дрова, попробовал растопить печь; это получилось не с первого раза, и дом наполнился дымом. Таким сладким и таким натуральным.
Наконец, когда дрова начали весело потрескивать, Роман позвонил матери и выключил телефон. Прилег на кровать и углубился в чтение передовицы под заголовком «Смерть троцкистским прихвостням». Затем с большим интересом прочел стихотворения о Сталине в учебнике литературы для средней школы тысяча девятьсот тридцать девятого года издания. Находясь под большим впечатлением от этой поэзии, включил радио. Шкала зажглась, но, кроме треска, поймать ничего не удалось. А как он хотел услышать голос, вешающий об успехах в социалистическом строительстве! В комоде нашлись пластинки; Роман поставил, и – о чудо! Из динамиков послышался звук. Теплый, живой, не изнасилованный цифровым преобразованием звук…
…Наслаждение прервал стук в дверь. Живой, натуральный, как и сто лет назад. Роман улыбнулся и пошел открывать.
На пороге стоял крестьянин. В руках он держал топор. Роман посторонился, и мужичок прошел в сени. Увидев топившуюся печь, он икнул и зажмурился. Запахло перегаром и немытым телом. Крестьянин предложил купить у него топор. Роману топор понравился: отполированное руками топорище, острое лезвие… Он согласился.
Роман лег спать, предвкушая, как завтра он, поднявшись с петухами, начнет колоть этим топором дрова. Ну или делать еще что-нибудь интересное. Но заснуть мешал комар. Роман решил расправиться с ним: в нём проснулся охотник. Однако комар, совершая немыслимые кульбиты, успешно уворачивался от махавшего майкой Романа. Траектория полета комара не вычислялась ни одним компьютером и походила тем самым на маневрирование новейших боеголовок. Незадачливый охотник лег, накрывшись одеялом с головой.
…В десять утра его разбудил стук в дверь. На пороге стояла крестьянская девушка, оказавшаяся дочерью Галины. Она предложила ему позавтракать у них. По пути девушка не отрывалась от смартфона: она переписывалась со своим парнем, живущим на другом конце деревни.
Довольная Галина потчевала Романа яичницей из яиц, снесенных их курами, с помидорами и огурцами из собственного огорода. На столе также стояли домашний творог с вареньем, чай из листьев смородины, молоко и пироги. Ни одной пластмассовой тарелки на столе не было. Находившемуся на вершине блаженства Роману было предложено столоваться у них весь месяц в обмен на двадцать тысяч и обещание не прикасаться к керосинке и печи. Он с удовольствием, не спросив своего желудка, согласился.
Желудок обиделся и взбунтовался, но Роман воспринял это как должное: организму нужно было время, чтобы привыкнуть к натуральной пище.
Выйдя из туалета, он столкнулся на крыльце еще с одной крестьянкой: женщина принесла молоко в алюминиевом бидончике и соленые грибы в стеклянной банке. Роман одобрил.
Через час явился мужичок с резиновыми сапогами, корзинкой и брезентовым плащом; это был незаменимый набор грибника. Роман с радостью приобрел и это.
Далее последовали коса, удочки, сало, патефон, домашняя колбаса, советский черно-белый телевизор, свежие и соленые огурцы с помидорами, зелень, радиола, свежая рыба и сушеные грибы, угольный самовар, черника, вёдра и корыто…
Роман легко расставался с деньгами: ему было интересно изучать новые вещи и пробовать продукты.
Он отдал рыбу, грибы и самовар Галине – и на его столе появились блюда из них, а за чай отныне отвечал самовар. Беспокойство вызывал только хлеб – все крестьяне покупали готовый. Роман поставил вопрос ребром, и Галина освоила его выпечку.
…Роман с мужиками удил рыбу, собирал грибы, катался на лодке, парился в бане, осматривал закуты со свиньями, насесты с курами и двор с коровой. Лазил на чердаки, извлекая оттуда удивительные вещи, пробовал доить корову и пить самогон. Учился косить траву и пилить дрова. Гладил кроликов, с ужасом смотрел, как курица с отрубленной головой бегает по двору, пока не упадет замертво… Затем вкусно кушал у Галины и ложился почивать на сеновал.
Дни летели с космической скоростью. С той же скоростью улетали и деньги из кошелька.
