– Расскажешь потом. Пока Галочка делает блинчики, я вам тоже кое-что расскажу. Дом этот, аптеку старую, построил один из моих предков, давным-давно построил. А под аптекой находится развитая сеть подземелий. Они тянутся через половину городка, и один из подземных туннелей ведет в церковь Всех Святых. Подземельям около четырехсот лет, их много раз укрепляли, то расширяли, то сужали, и карты ни у кого сейчас нет. Кроме меня. Мне ее передал отец. Карта хранилась в нашем роду много лет. Вот это вам и надо знать. Думаете, почему разгорелась война за аптеку?
Старик глянул сперва на Матвея, потом на Марьяна – глаза у него были глубокие, светло-карие, словно только что заваренный черный чай. Взгляд пристальный, немигающий.
Старый Ярослав Величко переплел пальцы и недобро усмехнулся.
– Документы на дом в порядке, насколько я понял? – уточнил Марьян.
– С этим все в порядке, за такими вещами мы всегда следим. И документы на дом, и документы на землю – не подкопаешься. В первый рейдерский захват я вызвал полицию, обратился за помощью к Оресту Тригубу, тот помог. Мы отстояли аптеку и думали, что на этом наши беды закончились. И в ту же ночь появилась Хвырь. Знаете, что это?
– Старый божок, – проговорил Матвей, – которому когда-то наши предки приносили жертвы.
– Вроде оно и так, да не точно. Это мощный черный дух, который вызвали с помощью колодца. Только у колодца можно оживить старого бога, ребята. Вы с такими силами не сталкивались, таких подробностей не знаете, да и никто не знает…
Галина, переворачивающая блинчики у плиты, быстро перекрестилась.
– А колодец где?
– Я знаю, где находится один колодец силы. А их всего два. Тот, про который знаю я, спрятан глубоко под аптекой. К нему не смогли добраться. Пока не получилось. Но как только они заберут аптеку и получат доступ к подземельям, как только смогут забрать у меня карту, оба колодца силы окажутся у них в руках.
– Но кто это? Вы знаете? Кто желает забрать у вас аптеку? – спросил Марьян.
– Не знаю. В том-то все и дело, что действуют через подставную фирму, которая не пойми кому принадлежит. Какому-то банку. А кому принадлежит банк – тоже тайна за семью печатями. Орест не смог ничего узнать для меня, хотя и много помог. Мы, можно сказать, отстояли аптеку юридически. Но фактически жить мы там не можем.
– Потому что Хвырь… – подсказал Матвей.
– Потому что она самая. Хвырь появилась первый раз пару дней назад. Катя, внучка моя, – старик оглянулся и улыбнулся девчонке, которая сидела чуть в стороне, – гуляла в парке с собакой. И тут на нее напало деревянное чудовище. Сначала мой сын и внук не поверили ей. Подумали, что девочка увидела что-то в темноте, вот и испугалась. Но пес ее, милый, славный Сеня, был растерзан чем-то страшным. Внук мой, Дмитро, сначала решил, что на него накинулся другой пес, а Катя просто не разглядела в темноте. Но я сразу заподозрил неладное. Выслушал ее и понял, о чем речь. Ведь пани Совинская в свое время тоже вызывала Хвырь, и моя мать много мне об этом рассказывала. Жуткие были времена. – Ярослав Величко вздохнул и покачал головой. – Кто же мог подумать, что все это повторится? Твой прадед, Матвей, уничтожил Совинскую, великое дело сделал. Избавил мир от этой гадины. Но не удалось ему самому хорошо пожить, не сложилось. Его любимую девушку убили, потом убили его внучку и зятя. Поэтому он очень старался уберечь тебя, своего правнука. Берег как мог. Мы с ним почти не общались. Он знал, что я ушел из кланов и пытаюсь жить своей жизнью, но не ведал, какую тайну мне суждено хранить. Именно поэтому я не мог отсюда уехать. А теперь…
Старик вдруг поднялся и ушел вглубь квартиры. В наступившей тишине было слышно, как переворачивает блинчики Галина и как тикают часы. Катя вздохнула и завозилась на своем стуле. Матвей глянул на нее и пожалел девчонку. Она казалась такой хрупкой, такой уязвимой. И за что на нее свалился весь этот ужас?
Старик наконец вернулся на кухню. Зашел со стороны балкона через арку и протянул Марьяну старый свиток. Истрепанная по краям бумага уже даже не пожелтела, а посерела. Бечевка, которая обвязывала свиток, была скреплена коричневым воском, таким же древним, как здание самой аптеки на улице Галицкой.
– Вот они, карты подземелий. Пусть теперь хранятся у тебя, Жнец. Я сдаю свои полномочия. Билеты уже куплены, мы этим же вечером уезжаем в Польшу от греха подальше. Теперь я ничем не обязан кланам Варты. Мы оставляем аптеку и продаем эту квартиру. Уезжаем насовсем. Я не готов платить цену, которую заплатил твой прадед, Матвей. Я хочу сберечь своих близких. Это война Вартовых, мальчики. Это клятая война кланов Варты.
– Ты не знаешь, кто за этим стоит, но уверен, что это кланы? – уточнил Марьян.
– Даже не сомневаюсь. Вартовые должны были охранять колодцы силы, чтобы никакая нечисть не выбралась из них. Но они давно забыли свое истинное предназначение, – сказал старик.
– Не все, – поправил его Матвей.
