Ноа пробежался взглядом по ее телу, метнулся на стоящих рядом Кору и Купера и снова на застывшую Альбу. Она видела, как острые мужские скулы напряглись, а в меру пухлые губы сложились в тонкую линию.
Команда футболистов прошла мимо, не обратив на Альбу внимания, но она вдруг почувствовала на себе удушающее тепло одеяла презрения.
– Альба? Эй, Альба, – Кора помахала перед лицом сестры рукой, вырывая из мыслей. – Куп предлагает пойти вечером на пляж, ты как?
– Прости, но сегодня был слишком насыщенный день. Я немного устала.
Сестры переглянулись, и Кора повернулась к Куперу.
– В следующий раз, Куп. День и правда был сложный.
Парень отступил на шаг, приподнял руки. Снова улыбнулся.
– Понял. Не проблема. Рад был увидеть тебя, Кора. И рад познакомиться, Альба. Надеюсь, ты простишь мою вольность.
– Нет проблем, Купер.
Кора достала из сумочки ключи, когда парень ушел.
– Подожди меня здесь, ладно? Я подгоню машину. Не хочется тащить это на парковку, – она указала на большую сумку, которую оставила на земле, когда подошла.
– Что в ней?
– Да так, по мелочи. Взяла кое-что для аквафитнеса. Буду плавать вместе с тобой.
– Я не занимаюсь аквафитнесом, Кора, – Альба улыбнулась.
– Знаю. Но такие дистанции, которые проплываешь ты, я не выдержу. А компанию тебе обязательно составлю, – она кивнула на сумку и направилась на парковку за машиной.
Альба любила свою сестру. Она была открытой, искренней, временами через чур эмоциональной и прямолинейной, но она никогда не изменяла себе. И это Альбе больше всего в ней нравилось.
– Хочешь бесплатный совет?
Уже знакомый грудной голос прозвучал неожиданно, заставив Альбу вздрогнуть. Пряди у уха шелохнулись, когда теплое дыхание принесло после слов усмешку.
– Нет.
Альба развернулась и сразу же отшатнулась. Ноа стоял слишком близко. Так, что ее нос уловил острые нотки хвои и свежести и почти столкнулся с тонкой тканью футболки.
– Я сегодня добрый, пчелка. Поэтому слушай.
– А если я не хочу?
Ноа хмыкнул.
– Придется.
Альба отзеркалила, хмыкнула в ответ. Поправила на плече рюкзак, наклонилась, чтобы поднять сумку, и развернулась, намереваясь уйти. Только ее намерениям второй раз за день не суждено было осуществиться.
Ноа, крепко схватив за женское предплечье, сделал шаг вперед, заставив Альбу отступить. Спиной она почувствовала извилистый рисунок металлических деталей ограждения.
– Отпусти меня, – она дернулась, но хватка мужских рук была сильна.
– Здесь я решаю, что делать. Стой и слушай, пчелка.
– Никакая я тебе не пчелка! – Альба процедила сквозь плотно сжатые губы, всеми силами успокаивая внутри себя вулкан из эмоций.
– Как скажешь. Но послушай, не пчелка, и запомни. Не водись с Купером. Это не лучшая идея.
– А с кем мне водиться? С тобой? – она засмеялась и дернула рукой еще раз. – Отпусти.
Ноа был зол. Как казалось Альбе, беспричинно. Ее же злость была вполне объяснима. Парень долго всматривался в пышущие негодованием глаза, глубоко дышал и играл желваками. Через десяток секунд все же сделал то, что она просила – отпустил.
Он проследил взглядом за тем, как она подняла сумку. Чуть поморщилась, когда поняла, что та слишком тяжела, но, выдохнув, ступила по ступенькам вниз.
Альба чувствовала прожигающий спину взгляд серых глаз. Хотелось передёрнуть плечами и сбросить мишень, застрявшую где-то между лопаток. Но она была слишком раздражена, и гордость не позволяла показать перед зазнавшимся мажором даже такую крохотную слабость.
Через мгновение тихий, но ровный голос окликнул ее внизу лестницы.
– Хэй, пчелка, – и что-то в нем заставило ее обернуться. Ноа смотрел через чур серьезно. Огни озорства и раздражающей самоуверенности потухли. Голос и интонация, с которой были произнесены вылетевшие следом слова, были другими. Альба не смогла понять, что заставило ее слушать парня, но она это сделала. – Не подпускай его близко.
Ноа развернулся и через секунду скрылся в толпе.
Альба безумно любила свои волосы.
Единственное неудобство, которое они доставляли – с трудом помещались под шапочку для плавания. А плавание – следующее в списке ее привязанностей.
Бассейн в школе Нортсайд был великолепен. Многоуровневый, имел несколько чаш, отдельную прыжковую зону, широкие дорожки протяженностью от 20 до 55 ярдов. Корпус, построенный отдельно от основного здания школы, помимо бассейна, включал еще спортивные залы. Нужно было пройти через небольшой сквер, прежде чем перед тобой откроется вид на высокое стеклянное здание.
Вот уже больше получаса Альба с наслаждением будоражила спокойную до этого водную гладь. Ранним утром дорожки пустовали, и Кора смогла получить разрешение и пропуск для индивидуальных посещений, которые, в свою очередь, не станут мешать учебному процессу.
Сестра не бросила Альбу в одиночестве.
Поворчав немного, она послушно поднялась утром с кровати и, с трудом переставляя ноги и постоянно зевая, вслед за Альбой пересекла территорию школы. Сейчас же она плавала в «лягушатнике» для обучения и время от времени лениво шевелила руками.
