— Я что хотел с тобой поговорить, Пананин. Таких спецов, как ты, у нас практически нет. Комбат распорядился беречь тебя как зеницу ока. Я и подумал дать тебе бойца в помощь. Располагаться будешь здесь, в соседней землянке. Там твой боец уже наводит порядок. Пей, Миша, чай, пей. Нам надо выдержать первое наступление и отходить дальше к Могилёву. Людей осталось сам видишь, с гулькин нос. Ах, да, чуть не забыл. — Лейтенант отвернулся от стола.
Глаза уже привыкли к темноте и особых проблем разглядеть то, что подал комвзвода, не возникло.
— Мой нож? — опешил Мишка. — А как…
— Ты вчера сам не свой был, а я увидел, рукоятка из земли торчит. Вытянул. Сразу понял чей. Держи, не теряй больше. При атаке деревни, выбивай офицеров и пулемётчиков. И, главное, выживи. А то комбат мне голову снимет, — он рассмеялся и с шумом глотнул горячий чай.
Помощником Мишке выделили юного паренька со вздёрнутым кверху носом, в уголках губ блуждала улыбка. Карие глаза при разговоре всегда смотрела чуть в сторону. Ладони оказались жёсткими и крепкими. Ростом возвышался над Мишкой почти на две головы.
— Красноармеец Сударышкин.
— Как по имени?
— Фрол.
— Меня зови — Миша. Ясно?
— Ясно, товарищ Миша!
Мишка посмотрел на него внимательно и махнул рукой.
— Раздобудь масла оружейного. Винтовку почистить, смазать. Вчера досталось ей.
Минут двадцать Мишка задумчиво чистил винтовку, никуда не торопясь. Сударышкин сидел рядом и с серьёзным видом отслеживал все движения снайпера.
— Разрешите вопрос, товарищ Миша?
Мишка кивнул головой. Землянка, которую выделил лейтенант, имела дыру в крыше и солнце, проникая внутрь помещения, играло на столешнице стола, стоявшего посередине землянки.
— Много у вас фашистов на счету?
— Кто его знает. Думаю, что два десятка наберётся.
— А я не знаю, убил кого или нет. Стрелял из окопа как все.
— Студент?
— Второй курс. Историком хотел быть.
— Хотел, значит, будешь, — буркнул Мишка и щёлкнул затвором. — Оружие к бою готово. Ты свою винтовку тоже почисть. Думаю, немцы не заставят себя долго ждать.
Не успел Мишка договорить, как первый снаряд разорвался неподалёку.
— Накаркал, — сплюнул Мишка, взяв винтовку за ложе.
Артподготовка длилась недолго. Минут через пять послышалась команда: к бою!
Кроме мотоциклов и бронетранспортёров в колонне виднелись два танка. Пехота под прикрытием миномётов и пулемётов устремилась на мост. Желание понятно — захватить сооружение в целости. Лейтенант не торопился взрывать, ждал, когда на мост втянется бронетехника.
Мишка с помощником расположились недалеко от землянки. Место оказалось удобным, на небольшом взгорке. Мост отсюда был виден почти полностью, кроме последнего пролёта со стороны советских войск.
В прицел Мишка наблюдал, как фыркнул танк, выпустив клубы белого цвета, и переваливаясь с боку на бок, медленно направился к мосту. Среди атакующей пехоты, Мишка заметил немца, который отдавал команды. Затаил дыхание, палец плавно нажимает на курок — выстрел. Немец заваливается на спину. К краю берега подъехал бронетранспортёр. Пулемётчик поливает из своего МГ по передней линии окопов. Мишка поймал в прицел шебутного пулемётчика. Далековато, но надо пробовать. Выстрел. Пуля угодила в шею. Немец ещё какое-то время постоял, зажимая рану обеими руками, а потом опрокинулся на спину.
— Воздух! — послышался крик.
— Сейчас они нас с землёй перемешают, — пробормотал побледневший Сударышкин.
Казалось, что бомбёжка длилась часа два не меньше, бомбы падали вдоль окопов, а порой попадали и внутрь. Грохот, крики, смерть…
— К бою! — раздался звонкий голос Сушкова.
Мишка выцеливал всех подряд, отправляя их в страну вечной охоты.
— Пананин! — ординарец лейтенанта дёрнул Мишку за рукав. — Командир приказал взорвать мост.
— Это как? — удивился неожиданной просьбе снайпер.
— Под центральной опорой взрывчатка. Надо попасть в неё.
— Не было печали, — буркнул Мишка.
— Провод перебило. А к мосту уже не подойдёшь, — крикнул Черных и исчез в ломаной линии окопов.
Через прицел Мишка нашёл место закладки. В это же время там оказался немецкий солдат. Винтовка дёрнулась, и солдат полетел в воду. Первый выстрел по взрывчатке оказался неудачным. Ветер, будь он не ладен. Второй выстрел получился удачней, но всё равно мимо. Мишка чертыхнулся и опять прицелился. Выстрел. Мост рванул вверх вместе с мотоциклом, опрокидывая в воду танк и немецких солдат.
— Ух, ты! — воскликнул Сударышкин.
Мишка, не оглядываясь, резко дёрнул его вниз, ухватив за ремень. По брустверу заплясали земляные фонтанчики.
— Не высовывайся! Убьют! Пригнись, и побежали вправо. Похоже, нас срисовали.
В том месте, где они были несколько секунд назад встали разрывы.
— Миномёты работают, — Мишка улыбнулся. — Обманули мы их в этот раз.
Сударышкин с белым лицом вжался в стенку окопа. Послышался вой падающих бомб. Авиация утюжила правый берег реки. Солнце почти исчезло за серой пеленой пыли.
В прицел хорошо виднелся взорванный мост, танк, уткнувшийся стволом в воду, перевёрнутый взрывом и торчащий колёсами вверх, мотоцикл.
— Танки! С юга танки!
