Далеко впереди виднелась стена хвойного леса, ближе засеянное рожью поле. Местность почти открытая. В районе дороги, где ещё чадили сгоревшие танки, движения не наблюдалось. Мишка перевёл прицел ближе к позициям полка и сразу выхватил согнувшиеся спины бегущих красноармейцев. Вот они достигли двухсотметрового расстояния до танков, Трошкин щёлкал фотоаппаратом. Видно, азарт сделал своё дело, фотокорреспондент побежал к самим танкам. Мишка облизнул пересохшие губы и неспешно провёл стволом слева направо в поисках спрятавшегося врага.
Ничто не нарушало вечернюю тишину. Трошкин, пытался запечатлеть танки, которые находились немного дальше от этих в стороне. Взобрался на один из подбитых танков. Симонов тоже не выдержал и оказался рядом с товарищем. Бойцы рассредоточились между танков. Солнце опускалось за горизонт и по полю поползли тени.
Корреспонденты нехотя уходили обратно, то и дело, оглядываясь назад. Фрол слегка коснулся локтя Мишки.
— Товарищ Миша, там, кажется, колосья шевелятся. Вправо от задравшего вверх ствол танка, метра три.
Мишка аккуратно, стараясь не делать резких движений, перевёл прицел в указанном направлении. Двигающиеся колосья обнаружились сразу. Ветра не было. Вообще. А колосья время от времени шевелились. Мишка мысленно нарисовал силуэт лежащего человека с чуть приподнятой кверху головой, перенёс кальку на местность. Замер. Медленно нажал на спусковой крючок. Пуля должна войти посередине куста под самый корень. Бахнул выстрел, Мишка резко дёрнул напарника в сторону за небольшую кочку и прижал к земле. Из военных фильмов Мишка помнил, как снайпера заставляли обнаруживать себя вражеских снайперов. Вдруг, и тут так же? Осторожность не помешает.
До окопов, опять же из-за осторожности, добрались по темноте. Благо бойцы знали о них. Так что встретили нормально. Оказалось, что полковник распорядился сразу, как только они появятся, проводить к нему, в штаб.
В освещённой керосиновой лампой землянке, за столом сидели корреспонденты, полковник, ещё два красных командира, пили чай.
— Заходите, бойцы. Не жмитесь в дверях.
Мишка бросил руку к пилотке.
Полковник махнул рукой.
— Присаживайтесь на лавку. Курдимов, ещё две кружки кипятка принеси! — крикнул комполка куда-то в сторону двери. — Ну, рассказывай, чего стреляли? Обратно, вижу, не торопились. Что желание пострелять появилось? Перед корреспондентами покрасоваться решили?
— Никак нет, — вскочил с лавки Мишка. — Стрелял по предполагаемой цели. Ветра нет, а колосья шевелятся.
Полковник, впрочем, и все присутствующие, с интересом посмотрели на Мишку.
— Думаешь, снайпер?
— Не могу знать. Возможно.
— Ладно, садись. Бери кружку, не обожгись. Курдимов распорядись выслать разведку в сторону предполагаемого снайпера. Пананин набросай схему, где искать.
Курдимов выхватил рисунок из рук Мишки и исчез.
Разговор шёл простой о подбитых танках, о Москве, о командировках на передовую линии обороны, об общей ситуации на фронтах, о том, как родные переживают дома за своих солдат.
Мишка вспомнил родителей, вздохнул, и так ему захотелось увидеть санинструктора Лену, что стало невмоготу. Если она выжила, то даже не знает, что я жив…
— Жди меня, и я вернусь… — задумчиво пробормотал он, сжимая кружку.
Симонов услышал и повернулся в его сторону.
— Как вы сказали?
Мишка опомнился, но было уже поздно.
— Красивая строчка… Жди меня, и я вернусь…, — смаковал Симонов. — А вы стихи не пишете?
— Нет, не пишу, — мотнул головой Мишка, казня себя за сказанное.
— Подарите мне эту строчку!
— Пожалуйста, используйте, не жалко, — покраснел Мишка, чувствуя, как уши начинают гореть огнём.
— Михаил, расскажите о боях, в которых вы принимали участие. Я почитал рапорт лейтенанта Сушкова и впечатлён. Честно.
— Да чего там рассказывать, — смутился Мишка и опустил глаза вниз. — Воевал как все.
— Я же говорил, он скромный, — захохотал комполка. — Что скажешь, комиссар?
Военный, который сидел рядом с Кутеповым, улыбнулся.
— Герои, они все такие.
— Разрешите, товарищ полковник? — заглянул в землянку Курдимов. — Разведка вернулась.
— Давай их сюда, — ободрился полковник. — Сейчас посмотрим, подвёл тебя глаз или нет.
— Сержант Дрожжин, — доложился коренастый красноармеец и сразу выложил на стол бинокль и планшет.
— Что это? — недоумённо спросил полковник, придвигая планшет ближе к себе.
— На месте вероятного снайпера обнаружено тело немецкого наблюдателя с биноклем и планшетом.
— Видал?! Не видя врага грохнуть его, — за столом бурно и радостно отреагировали на сообщение. — Куда пуля вошла?
— В глаз, товарищ полковник!
— Как белку! Пананин, сверли дырочку под орден, отправлю рапорт обязательно. И все твои подвиги приложу. Отныне, ты младший сержант.
Мишка не верил своим ушам. Вот так раз и младший сержант! Фрол толкнул его в бок.
Мишка вскочил.
— Служу трудовому народу!
— Видали, в бою не растерялся, а тут чуть дар речи не потерял. Константин Михалыч, если есть вопросы к бойцу, идите с ними в землянку, там и поговорите. А мы пока содержимое планшета изучим.
