— Я к вашим услугам, господин капитан. — Святоша учтиво, но со скрытым вызовом склонил голову в кивке. — Однако, прежде чем приступить к исполнению задуманного, вам придется зарядить оружие. Патрончики-то забыты…, какая оплошность!
И землянин, непринужденно улыбнувшись, покосился на Кошечку на скамейке (ей даже показалось, что он еле заметно подмигнул ей левым глазом). Эта улыбка была настолько спокойна, а тон так безыскусно и в то же время завораживающе убедителен, что Рич ни с того ни с сего растерялся:
— Чего ты мелешь, падаль? — Он невольно проследил глазами за взглядом землянина и на долю мгновения отвлекся.
И тут произошла уж совсем неожиданная и для Кошечки, и для Рича вещь. Святоша с неописуемым проворством воспользовался этим замешательством и с запредельной ловкостью выхватил из рук Рича пистолет. Сэр Рич, выпуская оружие, все-таки успел надавить на курок, и раздался выстрел.
Кошечка сразу же зажмурилась, представляя, как медленно, с улыбающимся бесстрашным лицом, опускается на землю, зажимая смертельную рану растопыренной ладонью, оказавшийся таким поразительно преданным и самоотверженным раб Святоша. Нет, не раб, а благородный капитан, хотя и пленный, по имени Эмиль…
Но горестные картинки ее воображения прервал твердый голос самого Святоши:
— Извините за бестактность, но я просто обязан был предпринять крайние меры. Руки повыше, уважаемый, и, пожалуйста, без резких движений.
Кошечка открыла глаза и увидела землянина, живого и невредимого. Святоша по-прежнему стоял в шаге от Рича, но расстановка сил кардинально поменялась — пистолет теперь был в руке землянина, и его дуло уверенно и без малейшей дрожи смотрело в грудь обезоруженного Рича.
— Я вынужден был применить ваше же оружие — обман. Должен признать, — штука очень эффективная… Но вы угрожали даме, а это в высшей степени нехорошо, — продолжил Святоша, укоризненно качнув головой. — Вы не соблюдаете общепринятых приличий, не подчиняетесь уставу, нарушаете обещания. Какой же вы после этого капитан, да и вообще мужчина? Ваши поступки отвратительны, неужели вы сами этого не осознаете?
Сэр Рич как-то весь сморщился и стал как будто сразу ниже ростом. Лицо его позеленело от бессильной ярости. Он только и смог, что еле слышно прошипеть что-то нечленораздельно нецензурное.
Тем временем на выстрел прибежали солдаты охраны. Увидев их, Святоша немедленно бросил пистолет им под ноги и сказал:
— Сэр капитан угрожал леди Лилии. Госпожа теперь плохо себя чувствует.
Охранники окружили стоявшего истуканом Рича, обыскали для верности и, надев наручники, увели. Землянина тоже хотели забрать до выяснения, но Кошечка замотала плохо слушающейся головой, с предельной хоть и немой «красноречивостью» показывая, чтобы его оставили в покое.
Теперь чужак стоял прямо перед ней. Как она боялась этого момента и как ждала! Она восхищенно и безмолвно смотрела на своего избавителя, и вот наконец их глаза встретились, и ничего ужасного, как она страшилась, не произошло.
Святоша осторожно поднял ее со скамьи и на руках понес в дом. В этот момент она была готова многое ему сказать, во многом признаться, за многое просить прощения. Она готова была горячо обнять его, целуя при всех, но совершение этих действий просто не представлялась возможным: язык и губы ей не подчинялись, руки и ноги двигались еле-еле. Все, что она могла, это улыбаться сквозь непрошеные слезы и прижиматься щекой к его плечу.
Еще целый час Кошечка пробыла в этом вынужденном оцепенении. Наконец она почувствовала, что прежние силы возвращаются к ней, но с ними возвращалась и деспотичная гордость хозяйки.
«Какой ужас! — думала она. — И я была готова просить у ничтожного раба прощения, признаваться ему в страсти, как последняя шлюха! До чего я дошла! Хорошо, что язык мой был нем, и я сгоряча не наболтала этих глупостей прямо на людях».
В этот момент вошел Святоша.
— Я принес вам воды, — сказал он, улыбаясь и учтиво склоняя голову. — Может быть, вам нужно что-нибудь еще?
Она улыбнулась ему в ответ и взяла из его рук стакан.
— Я очень рад, что вам стало лучше.
Они опять встретились взглядами. Она все пыталась разглядеть хоть тень лукавства в его глазах, услышать малейшую фальшь в его тоне.
— Это правда? И ты не держишь зла на меня? Не скрываешь обиды?
— Я искренне желаю вам только добра.
— Но ведь у тебя есть полное основание ненавидеть свою хозяйку. Неужели ты уже все забыл? — Кошечка протянула ему руку и буквально заставила сесть рядом с собой.
— Забыл, — эхом откликнулся Святоша, опуская глаза.
Кошечка резко провела ладонью по его спине, землянин вздрогнул.
— Врешь, — с легким укором проговорила Кошечка. — О таких вещах так скоро не забывают. Эти следы еще долго будут напоминать о себе… Я была тогда в такой ярости, а тут еще ты…
