В завершение благословения мать иногда дарила невесте какую-нибудь семейную реликвию, которая передаётся по женской линии.
В некоторых землях благословляли ещё крёстные и вообще все родственники.
Нередко невеста слёзно просила родителей почаще приезжать к ней в гости.
Икону и хлеб брали с собой, обычно их нёс дружко.
Итак, переход невесты в семью мужа озвучен публично, но невесту отдают обязательно с наказом. Его оглашают родители невесты. Наказ говорится жениху, но адресован всей его родне. Вот собирательный пример, составленный на основе народных песен:
После этого отец или брат невесты торжественно передавал руку дочери жениху, говоря при этом «передаю с рук на руки, одному гостю навеки».
Далее помощник жениха надевал на него шапку, причем снимать её было нежелательно вплоть до начала обряда повивания (исключение обычно делали лишь для венчания)21.
Как только жених начинал уводить суженую, подружки вставали и восклицали, спрашивали невесту: «Зачем так рано замуж пошла?». Она отвечала: «Не сама иду, отдал меня батюшка. А ведёт суженый». Подружки начинали петь о том, как рано невеста идёт к венцу.
Перед новобрачными, направляющимся к поезду, женщина должна была разметать дорогу красиво украшенной метлой. Когда они подходили к экипажу, их осыпали хмелем, зерном, монетами. Остановимся на этом моменте подробнее.
Популярным «осыпалом» у русских был хмель. Верили, что благодаря ему молодые будут всю жизнь пьяны друг другом от любви.
Также использовали овёс, пшено или горох – пожелание плодородия и достатка.
В большинстве случаев в каждом регионе молодых осыпали хмелем и одним видом зерна. При этом кричали: «Хмель на веселье, жито на житьё!» (жито – это название для немолотого зерна).
Обычно осыпали новобрачных вовсе не все гости, а только одна или несколько женщин (нечётное число), счастливых в замужестве. Таким образом они старались пожелать молодым иметь такую же благополучную семейную жизнь, как у них самих.
Итак, вернёмся к ходу свадьбы. Новобрачные стояли возле экипажа невесты, только что их осыпали хмелем и зерном.
Вдруг на сидение для невесты будто бы неожиданно садилась подружка, и жених (либо дружко) выкупал у неё место, и она уходила. Жених сам сажал невесту.
Дружко провожал жениха до его экипажа.
Когда все заняли свои места, дружка (или сваха) три раза посолонь обходил поезд, читая обережные молитвы (дружка при этом мог ударять землю вокруг плетью). Часто он ходил с иконой, которой благословляли невесту, а потом ставил её в свой экипаж, в котором она будет путешествовать до прибытия в новый дом.
А вот один из вариантов заговора свадебного поезда: «Встану я, раб Божий, благословясь, пойду, перекрестясь; умоюсь студёной ключевой водой, утрусь тонким полотенцем; оболокусь я оболоками, подпояшусь красною зарёю, огорожусь светлым месяцем, обтычусь светлыми звёздами и освечусь я красным солнышком. Огражу вокруг меня и дружины моей с ослятами тын железный, почву укладну, небо булатно, чтоб никто не мог прострелить его, от востока до запада, от севера на лето, ни еретик, ни еретица, ни колдун, ни колдуница, годный и негодный, кто на свете хлеб ест. Голова моя – коробея, язык мой – замок».
Теперь поговорим о порядке свадебного поезда.
Согласно старинным правилам, число подвод свадебного поезда должно быть нечётным, но не меньше трёх; кроме того, свадебный поезд должен ехать окольным путем, дабы запутать злые силы.
Вот очерёдность передвижения свадебного поезда в старину:
Дружка;
Жених с дядей, тысяцким, тёткой или крёстным;
Невеста с подругой (либо свашкой или с крёстной);
Все остальные согласно старшинству.
Такую последовательность соблюдали вплоть до свадебного пира (во многих местах, обвенчавшись, новобрачные всё ещё ехали отдельно, потому что только дома им предстояли окончательные обряды соединения). Ни жених, ни невеста не садились в первую повозку, т. к. она сталкивалась со всеми опасностями.
Домострой указывает, что жених должен ехать на коне, а невеста – в санях. Но в XIX в. жених верхом – это уже редкость, только дружко остался единственным всадником.
